Читаем Шкатулка опенула (СИ) полностью

— Читаю, конечно, — сказала Эри. Так уверенно, будто все на свете без ума от книг. — Но и предпочтения у меня банальные. Детективы, романы, биографии. Ни фантастики, ни приключений.

— Почему?

— Не знаю. Не читается. Беру в руки книгу, просматриваю несколько страниц и бросаю. Глупые они все, детские сказки. Ведь в реальной жизни магии не существует. — Белуха осеклась. Магия-то существует. Правда, Оливеру о ней знать не обязательно.

— Вот оттого и все беды. Ты разучилась воображать. Вот почитай о волшебстве и вернешь фантазию. — Оливер пощелкал пальцами в воздухе, и официантка крикнула, что подойдет «сию минуточку».

На стол опустилась жирная муха. Потерла лапки, двинула крылышками и побрела куда-то по своим мушиным делам. Оли схватил пустой стакан для воды и накрыл бедное насекомое. Муха зажужжала, забилась о стекло, но вскоре успокоилась и принялась лизать какое-то липкое пятно.

— Где почитать? — продолжила разговор Эрика, не отрывая глаз от черной точки под стаканом.

— Где угодно. Интернет, библиотека. В конце концов, поройся в книжных шкафах — уверен, хоть одна фантастическая книга найдется.

Муха, насытившись, снова принялась атаковать стекло безмозглой головой. Ползала по граням, недовольно жужжала и стучала, стучала, стучала. Девушка поражалась, как еще насекомое еще не погибло от таких ударов. Хотя мухи, судя по опыту, — существа неуязвимые.

— Дурашка, — покачал головой Оливер и поскреб стакан ногтем. — Помрешь сейчас ненароком. Кто же тогда вступится за ваш мушиный народец.

Черная точка, как ни странно, присмирела. Блеснула зеленоватыми крылышками и уставилась на Оливера гигантскими сетчатыми глазами. Даже с презрением или ненавистью, показалось Эрике. Если насекомые, конечно, могут презирать людей.

Оли тем временем просунул под стакан плотную салфетку. Поднял мушиную ловушку, привстал — и вытряхнул пленника в открытую форточку. Муха даже не сообразила, что произошло: закружилась на месте, завертелась, ударилась пару раз о раму и, наконец, скрылась из поля зрения.

Через секунду — будто специально выжидала момент — подбежала официантка и, приторно улыбаясь, узнала заказ. Эри взяла себе кофе с десертом и уже хотела вернуться к разговору с Оливером, как уголком глаза что-то заметила. Официантка, почти что незаметно, как заправская воровка, подтянула к себе ее сумку — та лежала на краю диванчика.

— Прошу прощения! — нахмурилась Белуха.

Девушка вздрогнула, пробормотала что-то нечленораздельное и умчалась в сторону кухни. Эрика проводила ее недовольным взглядом, пододвинула сумку ближе и заглянула внутрь. Шкатулка, убранная на самое дно, сейчас лежала на поверхности. Неужели преступница позарилась на блеклый антиквариат? Вот, рядом же и телефон, и кошелек. Лучше их убрать в карманы брюк, на всякий пожарный.

— Ничего не пропало? — уточнил Оли.

— Все на месте.

В это мгновение раздался визг, звон посуды, причитания, какие-то глухие удары. Все посетители мигом повскакивали со своих мест и принялись оглядываться по сторонам. Из кухни выбежала пара официантов и повар, заметались, как тараканы, и через минуту начали буквально выталкивать гостей из заведения, попутно извиняясь за неудобства и лепеча что-то про «приступ у шефа».

Через несколько минут раздался знакомый вой сирен, мимо мелькнул желтый бок машины с горящим алым крестом. Суматоха в кафе поднялась страшная, все галдели, ревели, шумели, что-то пытались доказать.

Оливер уверенно потащил Белуху подальше от врачебной кутерьмы. Только в толпе Эрика успела заметить лицо девушки, покупавшей в «Аисте» вентилятор.

Произошедшее так и не обсудили — Оли вдруг стал замкнутым и серьезным. Может, расстроился, что так и не сумел пообедать, а может еще что. Обстановка накалилась сама собой.

Незаметно дошли до остановки. К счастью, автобус сегодня и не думал задерживаться. Поэтому друзья, наскоро распрощавшись, двинулись в разные стороны: Эрика прочь от города, Оливер — к самому его центру.

Что-то определенно было не так, и девушка не могла понять, что именно. Происшествие в кафе ее вовсе не беспокоило. Как и убийство старика из антикварной лавки. Такое происходит, ничего не поделаешь. И дело точно не во внезапной стене между ней и Оли. Книги, особенно романтические, вбили ей в голову, что каждый парень на пути — принц на белом коне. И как бы Эрика ни старалась, переубедить себя и свое чувствительное сердечко ей не удалось. Благо, чем быстрее влюбишься, тем скорее разлюбишь. К завтрашнему утру она уже найдет у Оли тысячу недостатков. В конце концов, сколько раз она влюблялась! Вечно переживать никаких нервов не хватит. Так что причиной внезапной тихой паники стал вовсе не Оливер. И не Иван тоже — да, жаль его и Марианну, но они справятся сами. Чувство, скребущееся на душе тысячей кошек, появилось на пустом месте. Будто кто-то осторожно дернул за ниточку — где-то там, далеко, — но колокольчик зазвенел только здесь. Такое случается, когда твой родной, близкий человек попадает в беду.

Эрика еще не считала Ила близким человеком. Однако беда случилась именно с ним.

***