Читаем Шестипалый полностью

— Ну и что вы, негодяи, собирались делать со всеми этими украденными вещами? — грозно спросил он, нависая над сидящими на бетонном полу связанными преступниками. — Кому и где сбыть собирались?

Он рассчитывал, что первой испугается и начнёт отвечать Ведьма, но та упорно молчала и отворачивалась, но зато разговорился Дьявол — учитель музыки. Может, ему было неловко перед дедушкой, которого он знал, а скорее всего, просто струхнул, понимая, что именно похищение детей, а не кражи коллекций и будет самым тяжёлым обвинением, за которое им придётся отвечать.

— Спруту всё продать хотели, хозяину одной планетки, что в созвездии Лебедя. Он самый большой коллекционер в галактике и самый богатый.

— А, это там, где ваша База, — заинтересовался дедушка. — Планета негодяев. А Спрут, должно быть, ваш главарь.

Дьявол покорно кивнул.

— Но детей я похищать не собирался — это всё Тыквенная Голова. Это он их сунул в чулан и хотел продать Спруту. А я музыкант, композитор, я творческая тонкая личность, — заныл Дьявол. — И сразу же получил пинок в ляжку от Джека Тыквенная Голова.

— Ох, и открутил бы я тебе хвост, рогатый, — злобно прошипел тот.

— И как же вы, интеллигент, оказались в такой компании? — с иронией поинтересовался дедушка.

— Нужда. Бедность. Деньги нужны были, — жалостливым тоном ответил Дьявол.

— Скорее жадность, — дополнил дедушка, вспомнив, какую плату брал учитель за Лизины уроки, и продолжил допрос.

— А что вообще собирает это ваш Спрут?

— Редкости. Любые редкости со всех планет и хочет, чтобы у него была самая большая во вселенной коллекция всего! Марок, монет, бабочек, минералов, оружия — всего, что собирают коллекционеры во всех обитаемых мирах.

Тут и остальные разбойники решили, что лучше бы и им рассказать, что знают, пока Дьявол не разболтал всё, не выторговывал бы себе смягчение и не свалил всю вину на них.

— А ещё у него самый большой из всех обитаемых миров свой личный зоопарк. И кого там только нет. Все звери со всех известных планет, — заторопился сообщить Джек, опередив Дьявола и остальных. — И он и так-то скупает, не торгуясь, всё, чего у него нет в коллекции. А уж за нового, невиданного зверя отвалил бы столько… столько монет, — и он мечтательно закатил глаза.

— Я думаю, что и вы сами могли бы стать хорошими экспонатами в коллекции редкостей вашего босса, — ухмыльнувшись сказал дедушка. — А заголовок раздела был бы: «Редкостные идиоты».

— Почему это, — сделал попытку обидеться Тыквенная голова.

— Да потому, что большая коллекция, которую вы два месяца назад украли из галереи, так и называлась: «История подделки. Фальшивые раритеты». Вы хоть название выставки прочли, перед тем как красть?

Тыквенная Голова злобно посмотрел на Зомби.

— Ты, дохлятина зелёная, ты что — зря лишнюю долю за грамотность получаешь? Ты куда смотрел?

Тот только злобно фыркнул в ответ и отвернулся.

— Так-так, — заинтересовался дедушка, — так вы, господа пираты, ещё и читать не все умеете?

— Умеем, каждый на своём родном языке, — гордо заявила Ведьма. Но потом, взглянув на Зомби, неожиданно хихикнула и добавила. — Но, похоже, что не все.

— Да, господа гангстеры-неудачники, кажется, вам повезло, что мы вас арестовали. Ведь привези вы Спруту эти подделки — уж не знаю, что бы он с вами сделал. Чучела бы из вас бы набил и в своём музее выставил, — подвёл черту дедушка.

И тут он сообразив, что что-то упустил, повернулся к разбойникам.

— Минуточку, миледи. Что вы сказали? На родном языке? Так что же — Зомби, или как вас лучше называть, — для вас этот язык родной? Так вы что же — с Земли?

Тот, отвернувшись в сторону, насупившись молчал.

— Да ваш он, здешний, — сказала Ведьма.

— Вот оно что, — посерьёзнел дедушка, — значит предатель. С родной планеты воруем и продаём редкости аж за пределы своей галактики. А знаете, Зомби, мне даже имени вашего знать не хочется. Зомби для вас самое подходящее и есть — ведь всех вас будут судить. И если этих, — он показал на остальную троицу, — возможно, и выпрут с Земли, если их родные планеты согласятся их принять и наказать у себя, то вы будете сидеть в тюрьме здесь, на вашей, которую вы так старались продать.

— Ну, ему, кажется, это не впервой, — хмыкнула Ведьма.