Читаем Шелковые узы полностью

Я хочу от всей души поблагодарить Вас за Ваш новый рисунок. Он очень красивый и реалистичный, он даже лучше первого. Сегодня вечером я начал работу над композицией для станка и надеюсь, что скоро смогу ткать. Поскольку сейчас мало работы, месье Лаваль разрешил мне настроить станок для себя, и с Божьей помощью я смогу закончить свою работу к концу следующего месяца. Комитет соберется в январе, это моя цель.

Непросто мне будет ткать все эти изгибы, но, когда я работаю, я думаю о Вас, Анна. Надеюсь, скоро мы снова сможем встретиться.

Подписав письмо, Анри тут же пожалел об этом. Если оно попадет не в те руки, это может создать проблемы для ее семьи. Анна говорила, что все сложно, и он понимал: это действительно так.

«Нельзя отрицать такое сильное чувство, – подумал юноша. – Она чувствует то же самое. Так она сказала. Мы что-нибудь придумаем».

Но пока что им, возможно, следовало соблюдать осторожность. Он переписал письмо, в качестве подписи оставив лишь одну букву А, что казалось очень загадочным и волнующим.

* * *

Было еще не так холодно, чтобы зажигать камин, но месье Лаваль, как обычно, сидел в своем любимом обтянутом материей кресле с подголовником возле пустого очага, одетый в домашний костюм: темно-зеленый халат из мягкой саржи, красную шапочку и вышитые тапки.

– У вас найдется для меня несколько минут? Я хочу вам кое-что показать, – сказал Анри.

Если его хозяин одобрит композицию, Анри вынужден будет попросить его о помощи. Ему нужно использовать с этой целью станок для фигурного ткачества три недели. Также ему понадобится помощник. В результате должно получиться пять ярдов материи.

– Позже, позже, – ответил он. – Закрой дверь и присоединяйся ко мне, парень. Нам надо кое-что обсудить.

Старик наполнил глиняную трубку табаком и поджег его. Вдохнув, он выпустил через ноздри облако ароматного дыма.

– Мы никогда не разговаривали о твоем будущем, верно?

– Я работаю над композицией для моей выпускной работы и планирую однажды стать мастером, как вы, – сказал Анри. – Вы знаете, что я всегда уважал вас, сэр.

– А я тебя. Очень даже. На самом деле я какое-то время смотрел на тебя как на сына, которого у нас никогда не было.

– Вы были для меня больше, чем отцом.

– Но ситуация непростая… – Месье Лаваль сделал паузу, словно пытаясь подобрать правильные слова. Наконец он, казалось, нашел их: – Я уже старый и уставший человек, Анри. Однако у меня нет наследников, кроме тебя.

– Меня? Но, сэр, я не могу позволить себе купить ваше дело.

– Я не собираюсь продавать его тебе, парень. Я хочу, чтобы ты его унаследовал. Как сын.

Это было неожиданным заявлением, и Анри силился его понять. Он представлял, что накопит денег, снимет комнату и станок, как сделал Ги в Бетнал-Грин, где аренда дешевле, и будет не спеша работать. Возможно, рано или поздно он сможет купить дом в Спиталфилдс вместе со станком и нанять подмастерьев. А месье Лаваль ему предлагает шанс унаследовать успешное и уважаемое предприятие по производству шелка. О таком он не смел и мечтать.

– Я даже не знаю, что ответить, – выдохнул юноша.

– Но, как я сказал, не все так просто.

– Конечно. Вы должны все тщательно продумать. Юридические вопросы и так далее.

– Ты не понял. Это всё административные детали, их легко решить. Моя главная проблема – Мариетта.

Анри нахмурился. Как Мариетта может быть проблемой?

– Вы не должны беспокоиться о Мариетте, сэр. Она мне очень дорога как сестра. Конечно, тут будет ее дом, пока она не выйдет замуж. Я стану заботиться о ней.

– Она моя настоящая наследница, – сказал месье Лаваль. – Как я могу оставить дело тебе и в то же время убедиться, что она получит свою долю, принадлежащую ей по праву?

Анри медленно начал понимать суть проблемы. Женщины работали шелкокрутильщицами, подобно его матери. Еще он слышал о паре женщин, которые работали на обычном ткацком станке. Но он никогда не слышал, чтобы они становились мастерами. В любом случае, Мариетта не должна была работать. Она заслуживала, и он знал, что ее отец тоже так считает, лучшей жизни, полной комфорта и приятного времяпрепровождения.

– Очень скоро ее уже можно будет выдать замуж, верно? У такой красивой девушки наверняка будет много ухажеров.

– И тут мы подходим к главному, мой мальчик, к основной проблеме.