Читаем Шах-наме полностью

Подъехав ко дворцу в вечерний час,Шум пиршества услышал Гарсиваз.Томленье чанга, звучный стон рубабаЗвенели во дворце Афрасиаба.Был сразу же дворец со всех сторонОтрядом Гарсиваза окружен.Хоть заперты ворота были глухо,А бульканье вина дошло до слуха.Снял Гарсиваз руками с петель дверьИ прянул во дворец, как дикий зверь.Затем в покои двинулся туранец,Где, понял он, скрывался чужестранец.Когда предстал пред ним незваный гость,В душе вельможи закипела злость.Рабынь-красавиц в доме было триста:Играли, пели, пили сок искристый.В кругу красавиц восседал Бижан,Полунагой, он весел был и пьян.Воскликнул Гарсиваз! «Эй, отпрыск блуда,Куда ты душу унесешь отсюда?В когтях у льва погибнешь ты в борьбе,Неведом станешь самому себе!»Бижан ответил в этот миг тяжелый:«Как я начну сраженье, полуголый?Со мною вороного нет коня,И счастье отвернулось от меня.О, где ты, Гив, Гударза сын бесстрашный?Ужель умру не в битве рукопашной?Из родичей не вижу никого,Надеюсь лишь на бога моего!»За мягким голенищем из сафьянаВсегда кинжал хранился у Бижана.Из ножен быстро вынул он кинжалИ, подбежав к дверям, себя назвал:«Из рода я Кишвада-полководца,Зовусь Бижаном и готов бороться!Никто с Бижана шкуры не сдерет,А кто содрать задумает — умрет.Хоть мир погибни — боя не покину,Вовек врагам не покажу я спину!»Он крикнул Гарсивазу: «Пред тобойСтою сейчас, обманутый судьбой.Ты знаешь, кто я, из какого дома,Тебе мое прозвание знакомо.Ты хочешь боя? Что же, я в боюОмою вражьей кровью длань свою!Ты хочешь крови? Меч я окровавлю,Я множество туранцев обезглавлю.Но если к шаху ты со мной пойдешь,—Всю правду расскажу, развею ложь.Ступай же к шаху с просьбой в каждом слове,—Чтоб шах не проливал невинной крови».Подумав, Гарсиваз взглянул опятьНа остроту его когтей и стать.Увидел, что воитель жаждет брани,Что жаркой кровью умывает длани,—И клятву дал, что, движимый добром,Он защитит Бижана пред царем.Он отобрал кинжал у сына Гива,Затем словами, сказанными льстиво,Связал Бижана, как цепного пса…Что слава, если лживы небеса?Тому, кто мягок, небосвод горбатыйЯвляет грубость, злобою объятый!В слезах и в смуте, в путах и в пылиБижана к туран-шаху повели.Так, в путах, с головою непокрытой,Предстал пред шахом витязь именитый.Воскликнул он с достоинством в очах:«Ты вправе правды требовать, о шах!Здесь не найдешь виновных: право слово,Сюда без умысла попал я злого.Я с кабанами встретился в бою,В туранском оказался я краю:Сюда мой сокол залетел в то время,А я — за ним, забыв свой дом и племя.Блуждал в лесу, вдали от всех дорог,В тени под кипарисом я прилег.Я стал добычей сонного бессилья.Явилась пери, распростерла крыльяИ унесла меня до рубежа,Где двигалась со свитой Манижа.Бежали слуги, караван покинув.Охраны не нашлось у паланкинов.Но, вдруг, раздвинув зелени навес,Вступили всадники-туранцы в лес.Я паланкин увидел посредине,Был полог шелковый на паланкине.В шатре красавица, как день светла,Венец на ложе положив, спала.В союз вступила пери с Ахриманом.Он всадников развеял, став бураном.Заколдовал царевну враг добра,Низринул он меня под сень шатра.Я спал, не слыша говора лесного,Лишь во дворце пришел в сознанье снова.Я чист перед тобой, о царь страны,На дочери владыки нет вины.Познал я муки плена в полной мере:Я — жертва колдовства коварной пери».Афрасиаб сказал ему в ответ:«Настал твой горький день, погас твой свет!Иранец, ты за славой боевоюС арканом поскакал и булавою,Теперь, подобен связанной жене,Как пьяница, болтаешь ты о сне.Чтобы спастись, хитришь передо мною?Мол, колдовской обман всему виною!»Сказал Бижан: «О государь, сперваСпокойно выслушай мои слова.По-разному сражаются с врагами:Когтями лев силен, кабан — клыками,Чтоб недругов насмешливых рассечь,Отважному нужны стрела и меч.Но голый пленник победит едва лиПротивника, на ком наряд из стали.Пусть в сердце льва — победоносный гнев,Но без когтей что может сделать лев?О, если хочет шах, стремясь ко благу,Чтоб выказал я здесь свою отвагу,—Коня и меч подай мне поскорей,На тюркских двинусь я богатырей.Коль всех не уничтожу до едина,То я готов признать: я не мужчина!»Властитель на Бижана бросил взгляд,—Стал темен ликом, яростью объят.Затем он бросил взгляд на ГарсивазаИ гневно вымолвил слова приказа:«Сей Ахриман, что в мерзости погряз,Смотри, злоумышляет против нас.Того, что натворил, мерзавцу мало,—Он бранной славы жаждет для кинжала!Вот так, в цепях, злодея уведи,Ты землю от него освободи.Ты виселицу у ворот построишь,Со всех сторон ты к ней проход откроешь.Знай, что излишни разговоры здесь:Преступника ты сразу же повесь.Иранцы устрашатся этой кары,Не подойдет к нам близко недруг старый!»Увел назад Бижана Гарсиваз.У пленника текла вода из глаз,Смешалась со слезами пыль дороги,И в той грязи его увязли ноги.Сказал он: «Если суждено творцом,Чтоб в день печальный стал я мертвецом,То не боюсь, что я погибну рано,—Боюсь насмешек витязей Ирана:«Как труса, заарканили его,Повесили, не ранили его!»Пред шахом, предками, везде и всюдуЯ после смерти опозорен буду.Перед отцом исполненный стыда,Куда мой дух сокроется, куда?Увы, обрадуется враг в Туране,Увы, умру я, не свершив желаний,Увы, далек я от царя царей.От Гива, от друзей-богатырей…Помчись в Иран, о ветер быстроногий,Скажи владыке в царственном чертоге,—Скажи: «Бижан уже едва-едваТрепещет в лапах яростного льва.Скажи Гударзу, что я мир покину,—Проклятие бесчестному Гургину:Меня в такую он поверг беду,Что я уже защиты не найду».Скажи Гургину: «Витязь безрассудный,Бижану что ты в день ответишь Судный?»
Перейти на страницу:

Все книги серии БВЛ. Серия первая

Махабхарата. Рамаяна
Махабхарата. Рамаяна

В ведийский период истории древней Индии происходит становление эпического творчества. Эпические поэмы относятся к письменным памятникам и являются одними из важнейших и существенных источников по истории и культуре древней Индии первой половины I тыс. до н. э. Эпические поэмы складывались и редактировались на протяжении многих столетий, в них нашли отражение и явления ведийской эпохи. К основным эпическим памятникам древней Индии относятся поэмы «Махабхарата» и «Рамаяна».В переводе на русский язык «Махабхарата» означает «Великое сказание о потомках Бхараты» или «Сказание о великой битве бхаратов». Это героическая поэма, состоящая из 18 книг, и содержит около ста тысяч шлок (двустиший). Сюжет «Махабхараты» — история рождения, воспитания и соперничества двух ветвей царского рода Бхаратов: Кауравов, ста сыновей царя Дхритараштры, старшим среди которых был Дуръодхана, и Пандавов — пяти их двоюродных братьев во главе с Юдхиштхирой. Кауравы воплощают в эпосе темное начало. Пандавы — светлое, божественное. Основную нить сюжета составляет соперничество двоюродных братьев за царство и столицу — город Хастинапуру, царем которой становится старший из Пандавов мудрый и благородный Юдхиштхира.Второй памятник древнеиндийской эпической поэзии посвящён деяниям Рамы, одного из любимых героев Индии и сопредельных с ней стран. «Рамаяна» содержит 24 тысячи шлок (в четыре раза меньше, чем «Махабхарата»), разделённых на семь книг.В обоих произведениях переплелись правда, вымысел и аллегория. Считается, что «Махабхарату» создал мудрец Вьяс, а «Рамаяну» — Вальмики. Однако в том виде, в каком эти творения дошли до нас, они не могут принадлежать какому-то одному автору и не относятся по времени создания к одному веку. Современная форма этих великих эпических поэм — результат многочисленных и непрерывных добавлений и изменений.Перевод «Махабхарата» С. Липкина, подстрочные переводы О. Волковой и Б. Захарьина. Текст «Рамаяны» печатается в переводе В. Потаповой с подстрочными переводами и прозаическими введениями Б. Захарьина. Переводы с санскрита.Вступительная статья П. Гринцера.Примечания А. Ибрагимова (2-46), Вл. Быкова (162–172), Б. Захарьина (47-161, 173–295).Прилагается словарь имен собственных (Б. Захарьин, А. Ибрагимов).

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Мифы. Легенды. Эпос

Похожие книги

Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Низами Гянджеви , Гянджеви Низами

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги