Читаем Сэр Гибби полностью

На следующий день, придя из колледжа и наспех проглотив обед, Гибби на основании тех смутных познаний о юриспруденции, которые получил, вступая в права наследства, купил лист гербовой бумаги, что–то на нём написал и положил свежесоставленный документ себе в карман. Затем он взял небольшую карточку, написал на ней «Сэр Гилберт Гэлбрайт, баронет, поместье Глашруах» и тоже положил её в карман. Так экипировавшись, он сообщил миссис Кроул, что вряд ли придёт ночевать (потому что собирался немедленно отправиться на поиски Донала и даже договорился насчёт лошадей), и решительно двинулся вдоль по главной улице по направлению к городскому предместью. Оттуда он свернул направо и вскоре уже звонил у ворот домика мистера Гэлбрайта. Когда вышла горничная, он протянул ей карточку и вслед за ней прошёл в дом. Она провела его в небольшую гостиную, где хозяин вместе с проповедником наслаждался послеобеденной бутылкой того же самого портвейна, который так понравился ему во время вчерашнего ужина. Гибби нарочно последовал за горничной сразу же, давая лэрду достаточно времени лишь на то, чтобы прочитать его карточку: он понимал, что тот может отказаться принять его, и не хотел рисковать.

Это была маленькая комната, посередине которой стоял круглый стол. Лэрд сидел лицом к двери, а Фергюс расположился между столом и камином.

— Это что ещё такое, дьявол вас побери? — воскликнул лэрд. — Будь он проклят совсем!

Его блуждающему взгляду понадобилось больше времени, чем рассчитывал Гибби, так что когда с этим восклицанием он поднял глаза от поданной ему карточки, то сразу увидел, что тот, кого только что проклял, стоит посередине комнаты между ним и открытой дверью. Проповедник, уютно устроившийся за столом, даже не попытался скрыть улыбку, с которой он нарочито не замечал появления сэра Гилберта. Лэрд поднялся, негодуя и чувствуя некоторое замешательство от того, что его застали врасплох.

— А! — произнёс он, но это было даже не слово, а лишь неясный звук. — Чем, позвольте спросить, я… э–э–э… обязан… Видите ли, я не имею чести знать Вас, мистер… мистер…

Тут он снова посмотрел на карточку, поискал и открыл свой лорнет и с нарочитой тщательностью прочитал написанное на ней имя, своей неучтивостью пытаясь выиграть время и собираясь с силами для дальнейших слов. Гибби продолжал стоять с таким безмятежным спокойствием, как будто стоял посередине портняжной мастерской, позволяя снять с себя мерку.

— Мистер… Ах, да, теперь я вижу! Так Вы говорите, Гэлбрайт? — проговорил наконец лэрд. — Так чем же я, мистер… — он ещё раз взглянул на карточку, — Гэлбрайт, обязан чести Вашего неожиданного и… я должен сказать, непредвиденного посещения, да ещё и в столь необычный час для делового визита? То есть, я предполагаю, что Вы пришли по делу, поскольку не имею чести быть с Вами знакомым.

Он выпустил лорнет, звякнувший о пуговицы его жилета, небрежно швырнул карточку на стеклянное блюдо, поднял свои белесые глаза и устремил на сэра Гилберта самый пристальный взгляд, на который только был способен. Он уже довольно много выпил, и это было видно, хотя вино ещё не успело замутить его рассудок.

В ответ на его слова Гибби вытащил из нагрудного кармана написанный им документ и, как прошение, протянул его лэрду. Мистер Гэлбрайт язвительно усмехнулся и не стал бы даже к нему прикасаться, но, заметив гербовую печать, по старой привычке протянул руку. По той же привычке — а может, из–за того, что ему было мало света, — он присел к столу. Гибби всё так же стоял, а Фергюс спокойно разглядывал его с видом самодовольного превосходства. Лэрд прочёл про себя следующее:

Я, Гилберт Гэлбрайт, баронет, настоящим даю обязательство и обещаю передать мисс Джиневре Гэлбрайт, единственной дочери мистера Томаса Гэлбрайта, эсквайра, все документы, подтверждающие права собственности на дом и землю поместья Глашруах, в тот день, когда она выйдет замуж за Донала Гранта, магистра. Я передам имение в её полную собственность и распоряжение, чтобы в дальнейшем она могла поступать с ним по своему желанию.

Гилберт Гэлбрайт,

Старый особняк Гэлбрайтов,

Висельный холм,

март такого–то числа и года.

Лэрд по–индюшачьи вытянул свою худую шею, в горле у него что–то невнятно забулькало. Он швырнул документ Фергюсу и, повернувшись на стуле, злобно посмотрел на Гибби. Затем, внезапно вскочив на ноги, он воскликнул:

— Да что ты себе позволяешь, мошенник, оскорбляя меня в моём собственном доме? Да провались ты со своими наглыми выходками!

— Это обман, явный обман! И к тому же довольно глупый! — объявил Фергюс, прочитавший бумагу. — Глупый и неоправданный. Всем известно, что Глашруах находится в собственности майора Калсамона.

Тут лэрд ещё раз выругался, чтобы дать волю своей ярости.