Вы можете возразить: мол, у большинства из нас друзья живут в разных районах. Свобода передвижения стирает географические границы так же, как развитая дорожная сеть позволяет легко преодолеть путь в 100 км от дома до работы. Верно. Но расстояние повышает цену каждого дружеского контакта. Вы платите за бензин, тратите время на поездку за рулем и восстановление после нее. Большие расстояния меняют геометрию дружеских связей, и это сказывается на качестве отношений. Это показало исследование, проведенное в 2009 г. в Швейцарии, где многие ездят на работу в международные центры — Женеву и Цюрих. Вполне предсказуемо, что долгие поездки на работу и обратно оказывают рассеивающий эффект на социальные связи людей: чем больше расстояние до работы, тем дальше друг от друга живут друзья. Это похоже на паутину, растянувшуюся во всех направлениях (каждые дополнительные 10 км пути для жителя пригорода означают, что друзья живут на 2,24 км дальше от него и на 2,35 км дальше друг от друга). Итог таков: друзья живущего в пригороде[107], скорее всего, не дружат между собой, и поэтому сложно проводить время в личном общении с каждым из них. И хотя у людей из пригородов порой много друзей, качество их отношений страдает.

Насколько важно время, потраченное на общение? Исследование, проведенное Gallup и Healthways, выявило прямую связь между ощущением благополучия и свободным временем. Чем больше времени респонденты проводили с семьей и друзьями, тем счастливее и удовлетвореннее себя ощущали, демонстрируя меньше признаков стресса и беспокойства. Отсюда ожидаемый вывод: полезно проводить время с людьми, которые нам нравятся. Удивительно, сколько времени мы можем пробыть с друзьями. Кривая счастья[108] выходит на уровень плато лишь после 6 или 7 часов общения ежедневно. Но более 75% американцев, как и Рэнди Строссер, добираются на работу и обратно в одиночестве[109]. После почти века серьезных вложений в строительство автомагистралей и улучшение городской дорожной сети американцы проводят больше времени[110] в дороге между работой и домом, чем за занятиями любимыми делами.

Преимущества социализации

Американцы высоко ценят независимость и неприкосновенность частной жизни, но по результатам опросов Gallup, чем больше времени они тратят на социализацию, тем счастливее себя ощущают и тем меньше у них признаков стресса. Преимущества социализации достигают плато, когда человек тратит на общение до 7–8 часов в день. (Инфографика Скотта Кека на основе данных GALLUP-HEALTHWAYS HAPPINESS-STRESS INDEX, © 2010 GALLUP INC. С разрешения Эрика Нильсена/GALLUP-HEALTHWAYS)

Расплачиваются дети

В 2010 г. я вернулся в округ Сан-Хоакин, ожидая увидеть, как он преобразился и расцвел. Я ехал по Уэстон-Ранч в Стоктоне. Пригород и правда сильно изменился: неряшливые газоны и кустарники выглядели так, словно их вообще не поливали, заборы покосились или обрушились. Я остановился поболтать с группой подростков, расположившихся на тротуаре, прервав их попойку. Это были дети тех, кто перебрался сюда из Окленда лет десять назад, надеясь, что их отпрыски не попадут в городскую банду. Мои собеседники гордо продемонстрировали мне цвета своей банды — красные тона Norteño[111] на ремнях, шарфах и толстовках — и занялись тем, что подростки из пригородов делали много поколений: стали жаловаться на место, где живут. Они сетовали, что застряли здесь, как в ловушке, вдали от цивилизации. Ничего нового, но в этом городе без города их жалобы звучали особенно актуально. Эти молодые люди, почти взрослые, не могут найти работу, заняться образованием, не говоря уже о том, чтобы просто сходить в кино или кафе. Я объяснил им, что провожу исследование на тему счастья и городской жизни. Одна из девушек натянула капюшон толстовки на дреды и произнесла: «Знаете, что сделало бы меня счастливой? Магазин прямо за углом, или не магазин, но хоть что-то».

«Да брось, — вмешался ее друг. — Нам нужна тачка и полный бак бензина».

Этих ребят занимали проблемы посерьезнее, чем где бы взять еще пива. На прощание они посоветовали мне уехать из Уэстон-Ранч до темноты, потому что на улицах небезопасно. Поначалу я не придал их словам значения, но, просмотрев заголовки в местной газете, оценил уровень криминальной активности — от ребенка, получившего пулю в лоб, когда он выглянул из окна, до рэпера, которого расстреляли прямо на скамейке в Лонг-Парк. В Стоктоне сложилась самая плачевная ситуация с молодежными бандами[112] на всю Калифорнию. Город боролся с проблемами бедности и миграции, но ключевыми факторами, приведшими к тому, что подростки вливались в группировки[113], было ослабление связей между родителями и детьми и социальных связей.