Читаем Счастливый город полностью

В Боготе я остановился у Джейми. Он жил скромно и был крайне осторожным. От своей застенчивости и нерешительности он избавился в вечер, когда участники вооруженной банды запустили реактивный снаряд в высотное офисное здание, где он работал телевизионным редактором. Снаряд не достиг цели, но Джейми раз и навсегда утратил доверие к соотечественникам. Он запретил мне гулять по улицам Боготы одному и рекомендовал возвращаться домой до темноты. Убедительнее всего он просил воздержаться от поездок в трущобы на южной окраине города, где беженцы, лишившиеся крова после гражданской войны, обосновались на участке между петляющими реками Богота и Тунхуэло. У благополучных жителей Боготы трущобы пользовались дурной славой вертепа, где происходят грабежи, изнасилования и убийства.

Однако за предыдущее десятилетие именно в этих районах сформировалась новая городская философия. И однажды рано утром, когда Джейми еще храпел в своей комнате, я тихонько выскользнул из квартиры и в желтушном свете фонарей направился к Авенида Каракас — главной городской дороге, пронизывающей Боготу с севера на юг.

Я прошел через турникет и попал в глянцевый павильон из до блеска отполированного алюминия и стекла. Вежливые информационные сообщения беззвучно мелькали на светодиодном табло, как индексы Nasdaq в биржевых сводках. Четыре комплекта стеклянных дверей одновременно открылись, заскользив в сторону. Я сделал шаг в безупречный салон и занял свободное место. Заурчав, автобус тронулся с места и начал набирать скорость, а затем со свистом помчался по гладкой полосе.

Автобус напомнил мне метро в Копенгагене — очень быстро, чисто, эффективно, — но сейчас мы ехали не под землей, а могли любоваться всполохами рассвета над темным силуэтом горной гряды Анд. И это был не поезд и не суперсовременное высокотехнологичное транспортное средство. Это был обычный автобус и «поездка для бедняков», которую ненавидят жители Северо-Американского континента. Система скоростного автобусного сообщения, с легкой руки Энрике Пеньялосы получившая название Transmilenio[418], изменила представление об общественном транспорте. За основу была взята модель, опробованная в бразильском городе Куритиба. Скоростные автобусы Transmilenio получили выделенные полосы на улицах, а водителям личных автомобилей, такси и мини-автобусов осталось сражаться за жалкие крохи уличного пространства. Именно о таком решении американские трамвайные компании просили в 1920-е годы, когда автомобиль начал завоевывать городские улицы. В большинстве городов оно не было реализовано долгое время. Эта система поддерживает тех, кто совместно пользуется общественными ресурсами, и ограничивает тех, кто стремится получить больше. Она экономит деньги налогоплательщиков, позволяя обойтись без дорогостоящего метро или новых автомагистралей. Она перевозит больше людей в час, чем многие городские рельсовые системы, а расходы на строительство несопоставимо меньше. Фанаты общественного транспорта со всего мира приезжают сюда, чтобы совершить поездку.

Система скоростного автобусного транспорта TRANSMILENIO

Скоростные автобусы TRANSMILENIO в Боготе движутся по выделенным полосам, а терминалы выполнены из высококачественных материалов. Цель транспортной системы — не только сократить время пассажиров в пути, но и повысить статус общественного транспорта. (Фото предоставлено муниципальными властями Боготы)

При взгляде на ярко-красные, цвета глянцевой губной помады автобусы и блестящие павильоны в голову приходит одно определение: сексуальные. Ну да, лучший способ добраться в один из беднейших районов полушария — поездка на сексуальном автобусе. Мы проехали около 16 км за 20 минут. Как раз в тот момент, когда солнце полностью поднялось над вершинами Анд, мы подъехали к конечной остановке — огромному комплексу, больше похожему на аэропорт. И снова стекло и отполированный мрамор. Неряшливые с виду люди плотным потоком въезжали на велосипедах на просторную парковку, где смогут оставить двухколесных «железных коней» под присмотром вооруженных сотрудников охраны. Это был транзитный узел Portal de Las Americas, оформленный в стиле станции экспресса.

Я запрыгнул в кабинку велорикши и попросил парнишку-водителя отвезти меня в район, который, будто в насмешку, носит название Эль Параисо — «рай».

«Да, сэр, — ответил он мне по-испански. — Только спрячьте камеру». Затем он развернул старенькую ржавую трехколесную колымагу и закрутил педали против основного потока велосипедистов. В холодном утреннем воздухе витал пар от его дыхания. Район Эль Параисо был похож на все трущобы Южно-Американского континента: частокол проржавевшей арматуры торчал из наполовину построенных бетонных стен в напоминание о шикарных особняках, которые люди мечтали построить в будущем. Бездомные собаки гонялись за целлофановыми пакетами по грязным улицам.