Антанаса Моккуса, сына иммигрантов из Литвы, считали эксцентричным даже его сторонники. Он щеголял стрижкой «под горшок», носил шкиперскую бородку и жил с мамой. Моккус занимал пост ректора Колумбийского национального университета в Боготе вплоть до того дня, когда снял штаны и показал ягодицы аудитории необузданных студентов. Этот жест, который сам он назвал актом символического насилия, стоил ему должности. Но нет худа без добра. В одночасье Моккус стал настолько популярен, что смог побороться за кресло мэра. После победы на выборах он заявил, что вся Богота — его учебный класс. «Меня избрали, чтобы я выстроил культуру гражданского общества, — объяснил он мне позже. — Что такое гражданское общество? Понимание, что права влекут и обязанности. Главный приоритет в том, чтобы заложить основу уважения к человеческой жизни как главного права и обязанности граждан».

Никогда раньше у Боготы не было такого учителя. По его распоряжению на улицы города вышли более 400 мимов, чтобы высмеивать агрессивных водителей и грубых пешеходов. Жителям раздали наборы красных карточек, чтобы они на манер футбольных рефери привлекали всеобщее внимание к антисоциальному поведению, а не пускали в ход кулаки или оружие. Он призвал население добровольно сдать оружие, и 1500 единиц были даже символически переплавлены в детские ложки. В итоге городу удалось вернуть лишь каждую сотую единицу огнестрельного оружия, но результаты опросов показали, что эта акция благотворно повлияла на население: многие жители почувствовали себя в большей безопасности и стали проявлять меньше агрессии.

Моккус появлялся в городе в плаще и обтягивающих трико, изображая «Супергражданина», чтобы проиллюстрировать новую концепцию гражданского общества. Он поддерживал свои неординарные социальные кампании реальными действиями. Он ввел новые жесткие правила, пресекавшие проявления кумовства или коррупции при назначении на должности в городской мэрии. Он сменил личный состав транспортной полиции, поскольку ведомство погрязло во взятках. Именно Моккус назначил Гильермо Пеньялосу, брата своего политического оппонента, отвечать за организацию парков в городе и дал полномочия расширить парковую систему и программу по ограничению автомобильного движения в выходные Ciclovia, которая стала очень популярной. Демонстрируя свою приверженность «чистому» правительству, Моккус предложил гражданам повысить на 10% имущественный налог, чтобы муниципальные власти могли предоставлять жителям более качественные услуги. Удивительно, но более 60 000 домохозяйств поддержали эту инициативу. Какими бы нестандартными ни были методы Моккуса, ему действительно удалось создать новую культуру уважения в городе. Возможно, отчасти подобные методы даже подготовили жителей к следующему мэру, который проверил, для кого и для чего предназначен город.

Доктрина городского равенства

Когда Моккус покинул пост мэра, чтобы в 1997 г. выставить свою кандидатуру на президентских выборах, уровень преступности и статистика по убийствам и ДТП уже начали уверенно снижаться. Но по-прежнему актуальными оставались физические и функциональные проблемы, например пробки, экология, нехватка школ, безопасных улиц и общественного пространства. Сознание города менялось, но «физические» аспекты тянули его в прошлое.

Энрике Пеньялоса, который с третьей попытки занял кресло столичного мэра, был убежден в неразрывной взаимосвязи между городской формой и культурой. Он понимал, что недостаточно научить людей новой концепции гражданского общества или уважения. Сам город должен быть живым воплощением этой философии — его пространство, системы и сервисы.

«Только город, уважающий человека, может ожидать, что граждане будут уважать его», — заявил он в своей инаугурационной речи. Он пообещал, что во время пребывания на посту мэра выстроит взаимное уважение в городе с помощью бетона, стали, лужаек и зелени.

В начале книги я говорил, что Энрике Пеньялоса высказал простую, но чрезвычайно важную идею: городское пространство должно быть организовано так, чтобы делать людей счастливее. Пеньялоса — последователь экономистов, изучающих «экономику счастья». Но программа, предложенная им для Боготы, основывалась на особой интерпретации благосостояния, которая могла стать неудобной для многих. Пеньялоса задавал вопросы: кто должен пользоваться общественными ресурсами города? У кого должен быть доступ к паркам и красивым местам? Кто должен наслаждаться привилегией мобильности? Эти вопросы не только философские, но и политические. Они возникли в том месте и в то время, когда любая серьезная концепция наделялась политическим подтекстом, хотя многие другие идеи скорее могли привести к революции, чем городские инновации.