Теперь настал черед России. Там было совсем непросто. Политическая и экономическая нестабильность не позволяла надежно построить отношения с субъектами административного права. Люди из аппарата управления областей, регионов, муниципалитетов городов не были уверены в легитимности такого клуба, как «Сатисфакция». Если на Украине, в Белоруссии и тем более в Прибалтике административный ресурс был положительно расположен к нашей организации, то в России внятного сигнала регионы не получили.

Тогда я решил отправится на Дальний Восток. Во-первых, там был влиятельный человек – отец Яши Бордовского, а во-вторых, там было полно китайцев, а Китай нас признал. Я созвонился с Яшей, и он с радостью согласился составить мне компанию. К нему присоединился, как только узнал о наших планах, и Малкольм Вульф. Все равно он рвался приехать на родину, а родина его была в районе Челябинска – получалось, как раз по дороге от Риги до Благовещенска. Итак, Благовещенск!

Глава 22

Семь с половиной часов полета из Шереметьево, и мы приземлились в аэропорту Игнатьево. У входа в VIP-зал, в левом крыле аэровокзала, нас ждали два черных «гелендвагена». Водитель первого из них поздоровался с Яшей и пригласил нас в машины. Через двадцать минут мы подъехали к красивому трехэтажному особняку старинной постройки, расположенному на набережной Амура с великолепным видом на реку и на противоположный берег, на котором светился, как новогодняя елка, китайский город Хэйхэ. У входа нас встретил отец Яши, Борис Бордовский. Они обнялись. Яша представил нас, и Борис поприветствовал всех крепким рукопожатием. Невысокий, хорошо очерченное лицо, нос с небольшой горбинкой, глубоко посаженные глаза, быстрые уверенные движения. Рядом двое коротко стриженных мужчин в темных костюмах, не скрывающие того, что они вооружены.

Внутреннее убранство особняка вполне соответствовало представлению «новорусского евроремонта под старину». В сочетании со стрижеными пахнуло девяностыми так, что на языке завертелся вопрос: «А у вас что, еще стреляют?». Это, кажется, из фильма тех же времен.

Рабочий день уже закончился, и в здании царила тишина. Мы расположились в кабинете Бориса за длинным столом в шикарных кожаных креслах. Принесли чай, и Борис извинился за то, что сразу не повез нас домой. Он понимает, что мы с дороги и устали, но люди, которым, по его мнению, следовало с нами встретиться, через два дня улетают на какие-то сборы. Он пригласил сюда несколько человек, активно увлекающихся пейнтболом и реконструкциями. Это наиболее близкий, как он решил, к нашей теме народ.

– А как вы сами, раз уж разговор коснулся «темы», относитесь к перспективам развития идеи нашего клуба в вашем регионе? – каким-то протокольным языком поддержал я разговор, чувствуя некую холодность этих первых минут нашей встречи.

Борис закурил сигарету, посмотрел на Яшу и потрепал его пышную шевелюру.

– Я приобрел ваши акции на весьма приличную сумму, и я очень рад тому, каких успехов добилась «Сатисфакция». И то, что в этом деле участвует мой сын, мне в высшей степени приятно. Но, – продолжил Борис, – я считаю, что успех идеи «Сатисфакции» возможен только в том мире, – он махнул рукой, видимо, в сторону Европы и Америки, – а у нас в России такие способы решения вопросов пока невозможны, причем категорически.

Я понимающе покачал головой. Все это, один в один, мы слышали и на Украине. Я предложил серьезно поговорить на эту тему после встречи с приглашенными – теми, кого Борис посчитал наиболее подходящими для обсуждения этого вопроса.

Мы перешли в переговорную, где нас ждали пятеро молодых людей – все в пределах 25–30 лет, короткие стрижки, джинсы, свитера. Ждали нас с нетерпением. Ребята были буквально воспламенены темой разговора. О «Сатисфакции», казалось, знали больше, чем я, прочитали о ней всю доступную информацию. Для Бориса, похоже, это было неожиданностью. До нашего приезда он с ними не встречался, перепоручив организацию их приема сотрудникам. Они засыпали нас вопросами и очень хотели посмотреть на специальное снаряжение – костюмы, шары, электронные компоненты. Мы надеялись, что наш багаж со всем этим добром в ближайшее время доставят по домашнему адресу Бордовских, и договорились плотно поработать в течение ближайших двух дней. В общем, настроение к концу встречи как-то выровнялось, и, рассевшись по машинам, мы отправились в загородный дом бизнесмена.

На берегу озера – огромный участок аккуратно разбитого парка и дом, по размерам не уступающий особняку на берегу Амура. Три этажа современной постройки, чередующиеся оконные пространства и обшитые кедром простенки. Внутри абсолютный хай-тек. Я выразил искреннее восхищение поместьем. Борис, проведя нас через анфиладу комнат в кабинет, видимо, понимая, что контраст с офисом нас несколько удивил, объяснил, что тут стройкой и дизайном занималась его жена. В этот момент мы услышали звук подъезжающего автомобиля, и через секунду Яша оказался в маминых объятиях. Борис представил коротко:

– Моя жена Нина.

Нина осыпала сына поцелуями, приговаривая: