С Харвардом Брауном и Дэвидом Гоффом мы провели немало часов. Нам необходимо было обсудить вопросы коммуникаций всех подразделений подчиненного мне региона, обменяться опытом и уточнить общие для всех правила обустройства площадок для проведения сражений; всю связанную с этим логистику, инфраструктуру, и маркетинг. С Юджином Рейнхартом мы выработали принципы отбора кадров. Кроме стандартных тестов он поделился со мной многими его личными наблюдениями за формированием коллективов в регионах. Талантливых людей много, но всегда возникают сложности со специалистами, которые могут качественно обслуживать технику, электронику, подготовку костюмов, видеонаблюдение, работу с беспилотниками. В случае непредвиденных обстоятельств он пообещал мобильную помощь людьми из, как он выразился, стратегического запаса.

Глава 21

Следующие шесть месяцев я пахал, как говаривал один известный политик, как раб на галерах. Недалеко от устья Лиелупе «Сатисфакция» купила трехэтажное здание, только что выстроенное под офис крупной строительной компании, собиравшейся устроить на реке яхт-клуб. Яхт-клуб премиум-класса с отелем, бутиками, ресторанами и варьете, который мог бы привлекать яхтсменов со всей Балтики. Действительно, природа этого места, близость к центру Юрмалы – великолепного курорта, и Рига со всеми прелестями европейской столицы в двадцати минутах езды делали эту идею весьма привлекательной. Но кризис разрушил все планы, и нам достался суперсовременный офис с приличным куском земли и небольшим яхт-клубом, который мы оставили арендаторам.

Первым шагом был набор команды. Кабинеты заполнились программистами, инженерами, финансистами, бухгалтерами и креативным менеджментом. Вот такое название подыскали для ребят, которых я набрал из организаторов пейнтбола и страйкбола в Латвии. В прилегающих к офису дюнах устроили показательный полигон. На базе существующих в Эстонии и Литве клубов создали небольшие штабы, которыми совместно с рижскими командирами занимались назначенные местные руководители под эгидой «Сатисфакции».

Когда становилось «все, больше не могу», я заезжал к Андису, хозяину яхт-клуба, которому не суждено было стать всебалтийским. Вид нескольких десятков катеров и яхт меня успокаивал. У меня самого был американский катер – 37-футовая «Formula», самая быстрая лодка на реке. Но после того, как в России и на Украине произошла экономическая катастрофа, с катером пришлось расстаться. Мы с Андисом проводили на пристани час-другой, смотрели на тихо покачивающиеся белые корпуса, говорили о разном. Андис был типичный морской волк: небритое обветренное лицо, жесткая, как палубная швабра, рука и сигарета – да, не трубка шкиперская, а сигарета, но всегда во рту. Я вытягивал свой «Kent» и советовал ему бросить курить. Он смеялся и спрашивал меня, отчего меня так тянет к морю и всему этому яхтенно-лодочному великолепию. А я отвечал, что, вероятно, в прошлой жизни был моряком или рыбой. Лучше бы, наверное, рыбой, как у Бреговича в «Arizona Dream»:

Фиш, говорил Андис, существует для того, чтобы ее жарить и есть.

А потом начались полеты: Минск – Киев, Рига – Киев – Минск, и так по кругу. Встречаться с представителем американской компании, уже получившей широкую известность, местные организаторы игр приходили охотно, но сама идея энтузиазма не вызывала. Скепсис объяснялся тем, что исполнение принципов «Сатисфакции» в их странах казалось им невыполнимым. Это не Европа, не Америка, не тот уровень самосознания, другие нормы жизни. С трудом, подключив маркетинговый отдел, удалось привлечь несколько телеканалов и снять ролики тех первых организованных дуэлей, которые раскрутили маховик интереса к новой теме. Ощущение было такое, как если бы нужно было на Северном полюсе ручкой запустить дизель-генератор, – но зато, когда нам это удалось, он уже не выключался и давал энергии все больше, будто наращивая ее самостоятельно в своих железных недрах.

Теперь я лучше понимал, почему предложение работать на «Сатисфакцию» пришло только после того, как я сам испытал все это вживую в Израиле. Интересно то, что особенно бурно пошло развитие в регионах, даже активнее, чем в крупных украинских городах – Одессе, Днепропетровске, Харькове, Львове, Запорожье, и белорусских Бресте, Гомеле, Гродно. Причины простые: не так много событий, уже круг знакомых, ближе к представителям власти. Белорусы, украинцы, прибалты стали постоянными посетителями рижского офиса. Были подписаны сотни договоров о сотрудничестве, приобретении специального оборудования, создании судейских бригад. Дефицитом были беспилотники, и на них выстраивалась очередь. Была налажена постоянная онлайн-связь с центральным офисом в Штатах. Настал момент, когда система не требовала моего постоянного давления, она уже сама разгонялась и сама требовала нашего внимания.