Читаем Ружье полностью

Синди взяла его под руку, и некоторое время они шли молча.

— Ты отлично выглядишь, — наконец сказал Клинг.

— Спасибо. Ты тоже.

Он и в самом деле знал, как здорово они смотрятся вместе, и тут же преисполнился уверенности, что все, мимо кого они сейчас проходят по этой насквозь продуваемой ветром улице, не могут не замечать, что они без ума друг от друга. Еще ему казалось, что каждый прохожий должен был только сильнее ощущать свое одиночество, завидуя их молодости, силе и здоровью, и страстно желать оказаться на их месте — на месте Синди и Берта, Настоящих Американских Влюбленных, которые когда-то повстречались, и долго любили друг друга, и боролись за свое счастье, и печально расстались, но теперь, в этот замечательный праздник, вновь обрели один другого и пылают от горячей любви, словно лампочки на рождественской елке!

Они нашли маленький бар неподалеку от больницы, в котором никогда до этого не бывали — ни вместе, ни порознь. Клинг чувствовал, что это ощущение новизны должно только подчеркнуть, что их страсть вспыхнула с новой силой.

Они сели за маленький круглый столик в углу. Негромкий шум разговоров вокруг действовал успокаивающе. Клинг с умилением подумал, что так, наверное, и должна выглядеть старинная английская гостиная в сочельник — уютная теплая комната, приглушенные и убаюкивающие голоса посетителей — идеальное место для того, чтобы возродить их любовь, которая чуть было не угасла, но теперь так властно заявила о себе…

— Так где же мой подарок? — с притворным беспокойством спросил Клинг.

Синди потянулась к своему пальто, висевшему рядом на вешалке, достала из кармана маленький пакетик и положила его на середину стола. Он был завернут в ярко-синюю бумагу и перевязан зеленой ленточкой с бантиком. Клинг немного смутился — он всегда чувствовал себя неловко, когда ему что-нибудь дарили. Пошарив в кармане своего пальто, он положил свой подарок рядом с подарком Синди — коробочку чуть побольше размером в блестящей красно-золотой обертке.

— Итак? — сказала Синди.

— Итак? — повторил Клинг.

— С Рождеством.

— С Рождеством.

Они неуверенно посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— Чур, ты первая.

— Хорошо.

Поддев ногтем полоску скотча, Синди развернула бумагу, вытащила коробочку, отодвинула обертку в сторону и подняла крышку. Он купил ей толстое золотое сердечко, которое, казалось, горело изнутри, как живое; старинная золотая цепочка на двух петельках не давала ему болтаться из стороны в сторону при ходьбе. Она посмотрела на сердечко, быстро взглянула на застывшее в ожидании лицо Клинга и коротко кивнула.

— Спасибо, Берт. Оно замечательное.

— Сегодня не День святого Валентина, но…

— Да. — Синди снова кивнула и посмотрела на сердечко.

— … но я подумал, что…

— Да, Берт, это замечательный подарок. Спасибо.

— Ну что ж… — Клинг пожал плечами и покраснел, потому что терпеть не мог ритуала разворачивания подарков. Он снял ленточку с ее пакетика, разорвал обертку и раскрыл коробочку. Она купила ему золотую заколку для галстука в виде миниатюрных наручников, и он тут же понял значение ее подарка — у полицейских, как и у всех остальных, тоже есть свои "рабочие инструменты", в том числе и наручники, в настоящий момент висевшие у него на поясе. Его подарок должен был сказать Синди о его чувствах, и Клинг был уверен, что ее подарок означает то же самое — что они снова вместе.

— Спасибо.

— Тебе понравилось?

— Очень.

— Я подумала…

— Да, Синди, очень понравилось!

— Я рада.

Они еще ничего не заказывали, и Клинг подозвал официанта. Пока тот шел к их столику, они сидели молча, но, когда официант отошел и Синди по-прежнему не произнесла ни слова, Клинг впервые заподозрил, что здесь что-то не так. Синди закрыла крышку и уставилась на коробочку.

— В чем дело? — настороженно спросил Клинг.

— Берт…

— Я слушаю, Синди.

— Берт, я пришла сюда не для того, чтобы…

Она еще не успела договорить, но он уже все понял. Неожиданно ему показалось, что в комнате шумно и душно.

— Берт, я собираюсь выйти за него замуж, — тихо сказала Синди.

— Понятно.

— Извини, если…

— Нет-нет, Синди, прошу тебя…

— Берт, то, что у нас с тобой было, — это замечательно…

— Я знаю, дорогая.

— И я не могла закончить все это просто так… как это кончилось у нас. Я должна была еще раз увидеться с тобой и сказать, как много ты для меня значил. Я хотела, чтобы ты это знал.

— О'кей.

— Берт?

— Да, Синди. Все о'кей. — Он грустно улыбнулся и коснулся ее руки. — Все в порядке.

Они просидели в баре еще полчаса, выпили по коктейлю и вышли на улицу. Затем пожали друг другу руки, попрощались и разошлись в разные стороны.

* * *

Питер Брайс жил на третьем этаже старого кирпичного дома в Саут-Сайд. Клинг приехал туда около половины седьмого, поднялся наверх, постоял у двери, прислушиваясь, потом достал свой служебный револьвер и постучал. Ответа не последовало. Он снова постучал, подождал еще и начал спускаться по лестнице, как вдруг дверь квартиры напротив приоткрылась. Оттуда выглянул мальчишка лет восьми и разочарованно посмотрел на Клинга.

— Привет, — не останавливаясь, сказал Клинг.