Читаем Русский морок полностью

— Нет и в помине договора о сдерживании и нераспространении, в переговорном процессе идет только му-та-та. Снова началась полномасштабная гонка вооружений, принципы Договора ОСВ-1 уже начисто забыты и задача подписания Договора ОСВ-2 отодвигается. — Каштан убрала фотографии к себе в сумочку и, видя, что Быстров молчит, продолжила: — Нам необходимо было встряхнуть это застоявшееся болото дипломатических переговоров по ограничению вооружений. Вот для этого я и приехала сюда, к вам. Для этого перевели разработку изделия «Болид» в ваш город. Не буду далее вдаваться в подробности, скажу только, что возложенную задачу я и мои товарищи выполнили, не знаю, какие будут последующие действия со стороны руководства. Посмотрим! — Дора Георгиевна встала, Быстров тоже, они посмотрели друг другу в глаза, хорошо понимая главное: они профессионалы и каждый сделал свою работу.

— Ладно, принято. И что же будет дальше?

— Да, собственно, составлю отчет по проделанной работе, напишу отзыв по вашему управлению и уеду. Все будет так, как и до моего приезда сюда.

— Нет, так, как было, уже не будет. По крайней мере, для меня. У меня никогда в жизни не было двойных стандартов, а теперь получается так, что они появились и мне жить с ними.

— Ну, а что я могу сделать с вашим душевным миром? Ничего изменить нельзя. Вы остаетесь здесь, имея представление, нет, даже полное знание о всех стандартах, ну, а я поеду в Большой Дом, где еще даже и не знаю, что со мной будет! Получается так, что мы оба провисаем!

— Не провисаем, а рухнули!

— Ну, это дело вкуса. Ладно, товарищ Быстров, продолжим попозже нашу с вами метафизическую дискуссию, а сейчас мне надо брать в руки авторучку и писать.

— Ладно! Прощайте, полковник! — Каштан пожала руку Павлу Семеновичу, когда услышала негромкое бормотанье Быстрова:

— Прощайте, Сильвия Борисовна, и вы, Дора Георгиевна! Не поминайте лихом друзей ваших, мы одни в этом мире!

Быстров вышел, оглянувшись от дверей, плотно прикрыв. К себе не вернулся, а вышел в город и там бродил под снегопадом до обеденного перерыва.

Составив короткую итоговую сводку за три месяца, с сентября по ноябрь, Каштан подумала, только сейчас осознав, что ее операция в Краевом центре кончилась. Задача была выполнена вдвойне. Теперь там, у них на Западе, не будет сомнений в степени достоверности добытой информации, подтвержденной двумя источниками. Только бы этот уголовник смог добраться до Марселя!

Это неожиданное развитие операции, когда в рассчитанный заранее ход событий вмешались Валерий Ищенко и его заказчик от концерна ZA, Бернар Элиот, создало по-настоящему сильный заключительный аккорд, «коду».

Она вспомнила свой разговор с Быстровым о том, что надо заранее готовить ее, эту «коду», и усмехнулась, вот ведь как судьба распорядилась со всеми. Да уж, от судьбы не уйдешь!

Военно-транспортный самолет забрал Дору Георгиевну и ее группу прикрытия сразу же после встречи с генералом, Председателем Управления КГБ по Краю.

До этого она отметила командировку в Секретариате, снялась с партийного учета в Крайкоме КПСС, попрощалась с Актинской, которая как-то тяжело вздохнула, прощаясь, и пошла доложить генералу об окончании своего пребывания в Крае. Вчерашнее жесткое столкновение как бы витало в воздухе, однако генерал даже не упомянул о нем, отделавшись одесской шуткой: «Четыре месяца водили за нос! Говорили, не берите в голову этих глупостей! А я, может, и мог бы чем-то помочь! Не очень это все!» — лукаво прикрыв веки глаз. По всему было видно, что он полностью в курсе, но предпочитает ничего не говорить.

Встреча прошла прохладно, генерал, стараясь не встречаться с ней взглядом, взял свой экземпляр ее отчета.

— Так что там с отзывом о работе управления? — Он ожидал получить от нее письменный отзыв о работе управления, но Каштан заявила, что официально в устной форме положительно доложит в Центре.

Звонок из приемной Председателя КГБ СССР в кабинет к генералу произошел сразу же после этого.

В кабинет, постучавшись, просунул голову дежурный из приемной и пробормотал, округлив глаза, как бы прислушиваясь сам к себе:

— Товарищ генерал, Москва на проводе!

— Ладно, давай связь! — обернулся к Каштан. — Прошу вас, товарищ полковник, выйдите в приемную на несколько минут.

Когда Дору Георгиевну вновь пригласили в кабинет, генерал уже стоял около стола и смотрел каким-то напряженным взглядом на нее.

— Мне звонили из Большого Дома, с самого верха. Сказали, что выслали самолет за вами. Вот так! — генерал сделал паузу, стараясь уловить реакцию Каштан, но та стояла, бесстрастно слушая. — Собирайтесь в путь! Всего вам хорошего!

— Все это время не я водила, а они там всеми нами, — вдруг сказала она и махнула рукой. — И что хуже или кому хуже, вам или мне, я пока не знаю.

Генерал плотно уселся в кресло и неожиданно одел старые очки с круглыми линзами, отчего лицо и весь вид стал совсем простым и близким.