Читаем Рубайят полностью

Ты не бываешь пьяным? Но пьяных не упрекай! Ты не живи обманом, низостей не совершай! Ты предо мной возгордился тем, что вином не упился? Трезв ты, но полон скверны, и скверна бьет через край!

x x x

Пей вино, лишь оно одно забвенье тебе принесет, Душу врага лишь оно смятением потрясет. Что пользы в трезвости? Трезвость - источник мыслей бесплодных. Все в этом мире - смертны, и все бесследно пройдет.

x x x

О избранный, к словам моим склонись, Непостоянства неба не страшись! Смиренно сядь в углу довольства малым, В игру судьбы вниманьем углубись.

x x x

Мы дервишеским рубящем жбан затыкали, Омовенье землею трущоб совершали. Может быть и отыщем в пыли погребка Жизнь, которую мы в погребках потеряли?

x x x

Тайны мира, что я изложил в сокровенной тетради, От людей утаил я, своей безопасности ради, Никому не могу рассказать, что скрываю в душе, Слишком много невежд в этом злом человеческом стаде

x x x

Я пред тобою лишь не потаюсь,Своей великой тайной поделюсь: Любя тебя, я в прах сойду могильный, И для тебя из праха поднимусь.

x x x

Ты алчность укроти, собой живи, К делам судьбы презрение яви! Промчится быстро век твой пятидневный Вину предайся, песням и любви !

x x x

Хоть этот мир лишь для тебя, ты мыслишь, сотворен, Не полагайся на него, будь сердцем умудрен. Ведь много до тебя людей пришло - ушло навеки Возьми свое, пока ты сам на казнь не уведен.

x x x

Когда совершается все не по нашим желаньям, Что пользы всю жизнь предаваться напрасным страданьям? Мы вечно в печали сидим, размышляя о том, Что поздний приход увенчается скорым прощаньем.

x x x

Не холоден, не жарок день чудесный. Цветы лугов обрызгал дождь небесный. И соловей поет - мы будем пить! Склоняясь к розе смуглой и прелестной.

x x x

Скажи: кто не покрыл себя грехами, Ты, добрыми прославленный делами? Я зло творю, ты воздаешьмне злом,Скажи мне: в чем различье между нами?

x x x

Пресытился я жизнью своей - исполненной суеты, Пресытился бедами и нищетой! О господи, если ты Вывел из небытия бытие, то выведи и меня Во имя твоего бытия - из горестной нищеты!

x x x

Ты - творец, и таким, как я есть,- я тобой сотворен. Я в вино золотое, и в струны, и в песни влюблен. В дни творенья таким ты создать и задумал меня. Так за что же теперь я в геенне гореть обречен?

x x x

Встань, не тужи! Что печалью о бренном томиться? К нам приходи, чтоб за чашею повеселиться. Если бы нравом судьба постоянна была, То и тебе никогда не пришлось бы родиться.

x x x

Тщетно тужить - не найдешь бесполезней забот, Сеял и жал поколенья до нас небосвод. Кубок налей мне скорее! Подай мне его! Все, что случилось,-давно решено наперед.

x x x

0 боже! Милосердьем ты велик? За что ж из рая изгнан бунтовщик? Нет милости - прощать рабов покорных,Прости меня, чей бунтом полон крик!

x x x

Считай хоть семь небес, хоть восемь над землей,Ведь не изменит их движенья разум твой. Раз нужно умереть, не все ль равно: в гробнице Съест муравей тебя, иль волк в глуши степной.

x x x

Виночерпий! Что делать мне с сердцем моим? Мертвым лучше в могиле, спокойнее им. Сколько раз я ни каялся, сколько ни плакал Все грешу! Очевидно, я - неисправим.

x x x

Если хочешь, чтоб крепкой была бытия основа И хотя бы два дня провести без унынья злого, Никогда не чуждайся веселья и пей всегда, Чтоб успеть все услады испить из фиала земного.

x x x

Мирские тревоги - смертельный ад, чаша-противоядье его. Блажен, кто противоядие пьет, не страшен гибельный яд для него. С юными пери пей вино на свежем ковре зеленой травы Во все свои дни, покамест трава из праха не выросла твоего.

x x x

Будь решительным! От обрядов пустых отказаться пора давно, Не скупись, делись и с другими тем, что тебе судьбою дано. В этом мире не покушайся на жизнь и достаток бедных людей. Головой отвечаю - ты будешь в раю. Так проворней неси вино!

x x x

Деяньями этого мира разум мой сокрушен, Мой плащ на груди разодран, ручьями слез орошен. Фиал головы поникшей познанья вином не наполнить,Нельзя ведь сосуд наполнить, когда опрокинут он.

x x x

Внимаю я твоим укорам, как слову злобного навета,Безбожником меня зовешь ты, гулякой, поношеньем света. Я признаю: ты прав, я грешен, но на себя взгляни сначала, Скажи по правде: ты мне разве достоин говорить все это?

x x x

Из мира праведного дух, не оскверненный дольним прахом, К тебе явился. Встань пред ним с улыбкою, а не со страхом, И чашу утренним вином для гостя доверху налей, Чтоб молвил он: "Да будет день счастливый дан тебе аллахом"

x x x

Вновь из тучи над лугом слезы молча текут. Без вина в этом мире мудрецы не живут. Стебли тонких травинок мы видим сейчас, Кто ж увидит травинки, что из нас прорастут?

x x x

Что будущею занят ты судьбой, Терзаешься бессмысленной борьбой? Живи беспечно, весело. Вначале Не посоветовались ведь стобой.

x x x

Когда б я был творцом - владыкой мирозданья, Я небо древнее низверг бы с основанья И создал новое - такое, под которым Вмиг исполнялись бы все добрые желанья.

x x x

Перейти на страницу:

Похожие книги

Невидимая Хазария
Невидимая Хазария

Книга политолога Татьяны Грачёвой «Невидимая Хазария» для многих станет откровением, опрокидывающим устоявшиеся представления о современном мире большой политики и в определённом смысле – настоящей сенсацией.Впервые за многие десятилетия появляется столь простое по форме и глубокое по сути осмысление актуальнейших «запретных» тем не только в привычном для светского общества интеллектуальном измерении, но и в непривычном, духовно-религиозном сакральном контексте.Мир управляется религиозно и за большой политикой Запада стоят религиозные антихристианские силы – таково одно лишь из фундаментальных открытий автора, анализирующего мировую политику не только как политолог, но и как духовный аналитик.Россия в лице государства и светского общества оказалась совершенно не готовой и не способной адекватно реагировать на современные духовные вызовы внешних международных агрессоров, захвативших в России важные государственные позиции и ведущих настоящую войну против ее священной государственности.Прочитав книгу, понимаешь, что только триединый союз народа, армии и Церкви, скрепленный единством национальных традиций, способен сегодня повернуть вспять колесо российской истории, маховик которой активно раскручивается мировой закулисой.Возвращение России к своим православным традициям, к идеалам Святой Руси, тем не менее, представляет для мировых сил зла непреодолимую преграду. Ибо сам дух злобы, на котором стоит западная империя, уже побеждён и повержен в своей основе Иисусом Христом. И сегодня требуется только время, чтобы наш народ осознал, что наша победа в борьбе против любых сил, против любых глобализационных процессов предрешена, если с нами Бог. Если мы сделаем осознанный выбор именно в Его сторону, а не в сторону Его противников. «Ибо всякий, рождённый от Бога, побеждает мир; и сия есть победа, победившая мир, вера наша» (1 Ин. 5:4).Книга Т. Грачёвой это наставление для воинов духа, имеющих мужественное сердце, ум, честь и достоинство, призыв отстоять то, что было создано и сохранено для нас нашими великими предками.

Татьяна Грачева , Татьяна Васильевна Грачева

Политика / Философия / Религиоведение / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное