Читаем Рубайят полностью

Увидел птицу я среди руин твердыни Над черепом царя, валявшимся в пустыне. И птица молвила: "Ты ль это Кей-Кавус? * Где гром твоих литавр? Где трон и меч твой ныне?"

x x x

Достав вина два мана, не жалей Сам пей и вдоволь угощай друзей. Ведь не нуждается создатель мира В твоих усах и в бороде моей.

x x x

О небосвод! Что ты сердце мое огорчаешь, Счастья рубаху на мне ты в клочки разрываешь, Делаешь северный ветер дыханьем огня, Воду в моей пиале ты в песок превращаешь.

x x x

Зачем копить добро в пустыне бытия? Кто вечно жил средь нас? Таких не видал я. Ведь жизнь нам в долг дана, и то - на срок недолгий, А то что в долг дано, не собственность твоя.

x x x

Одна рука - на Коране, другая -на чаше пиров. То мы - благочестивы, то нет для молитвы слов. Под этим мраморным сводом, в эмалевой бирюзе Кто мы - мусульмане, кафиры?-Не ясно, в конце концов.

x x x

Ведь задолго до нас ночь сменялась блистающим днем, И созвездья всходили над миром своим чередом. Осторожно ступай по земле! Каждый глины комок, Каждый пыльный комок был красавицы юной зрачком.

x x x

Друг, из кувшина полного того Черпни вина, мы будем пить его, Пока гончар не сделает кувшина . Из праха моего и твоего.

x x x

Сердца, воспрянь? Мы по струнам рукой проведем, Доброе имя уроним с утра за вином. Коврик молитвенный в доме питейном заложим, Склянку позора и чести, смеясь, разобьем.

x x x

Из-за рока неверного, гневного не огорчайся. Из-за древнего мира плачевного не огорчайся. Весел будь! Что случилось - прошло, а что будет, не видно. Ради сует удела двухдневного не огорчайся.

x x x

Будь весел, праздник вновь прославлен будет, Пиры начнутся, пост оставлен будет. Ущербный месяц тощ. День, два пройдет И он от всех невзгод избавлен будет.

x x x

В любви к тебе не страшен мне укор, С невеждами я не вступаю в спор. Любовный кубок - исцеленье мужу, А не мужам - паденье и позор.

x x x

Все этого пестрого мира дела,- как я вижуПрезренны, никчемны, исполнены зла,- как я вижу. Что ж, слава творцу! Этот дом, что я строил всю жизнь, Невежды сожгут и разрушат дотла,- как я вижу.

x x x

Друзья, дадим обет быть вместе в этот час, В веселье на печаль совместно ополчась, И сядем пить вино сегодня до рассвета! Придет иной рассвет, когда не будет нас.

x x x

Если в городе отличишься, станешь злобы людской мишенью. Если в келье уединишься,- повод к подлому подозренью. Будь ты даже пророк Ильяс, будь ты даже бессмертный Хызр.* Лучше стань никому неведом, лучше стань невидимой тенью.

x x x

Ты формы отлива людей сотворил издавна. Что ж наша природа различных изъянов полна? Коль форма из глины прекрасна, зачем разбивать, А если плоха эта форма, чья в этом вина?

x x x

Ни увеличить нам нельзя, ни приуменьшить свой удел. Не огорчайся же, мудрец, из-за пустых иль важных дел. Увы, я к выводу пришел: твоя ль судьба, моя ль судьба Не воск в руках. Никто досель придать ей форму не сумел.

x x x

Все - и зло, и добро, что людская скрывает природа, Высшей воле подвластно, и здесь не дана нам свобода. Ты вину своих бедствий не сваливай на небосвод. В сто раз хуже, чем твой, подневольный удел небосвода,

x x x

Посмотри на стозвездпый опрокинутый небосвод, Под которым мудрейшие терпят насилье и гнет. Посмотри на лобзанье любви пиалы и бутыли Как прильнули друг к другу, а кровь между ними течет.

x x x

Эй, сердце, собери, что нужно в этом мире, Пусть только радости лужайка будет шире. Садись росой на луг зеленый ввечеру, А поутру вставай, всю ночь пробыв на пире,

Ты, счет ведущий всем делам земным, Среди невежд будь мудрым, будь немым, Чтоб сохранить глаза, язык и уши, Прикинься здесь немым, слепым, глухим.

x x x

Уж лучше пить вино и пери обнимать, Чем лицемерные поклоны отбивать. Ты нам грозишь, муфтий, что пьяниц в ад погонят, Кому ж тогда в раю за чашей пировать?

x x x

Ты полон бодрой силой,- пей вино, С прекрасноликой милой - пей вино. Мир этот бренный - темные руины. Забудь, что есть и было,- пей вино.

x x x

Доколе быть в плену румян и благовоний, За тленной красотой и мерзостью в погоне? Будь родником Замзам, ключом Воды Живой,В свой срок ты скроешься в земном глубоком лоне.

x x x

Ста сердец и ста вер дороже чаша одна. Все китайское царство не стоит глотка вина. Что еще есть на свете, кроме вина цвета лала? Только скорбь, что вся радость земли усладить не вольна

x x x

В час, когда увлажнятся тюльпаны вечерних полей фиалки наклонятся, став от росы тяжелей,Только те мне по нраву цветы, что от сырости ночи Подбирают ревнивые полы одежды своей.

x x x

С древа старости желтый последний слетает листок, Посинели гранаты увядших и сморщенных щек. Крыша, дверь и четыре подпорки стены бытия Угрожают паденьем. Настал разрушения срок.

x x x

Напрасно не скорби о бывшем дне, Не думай о ненаступившем дне. Не расточай свой век, живи сегодня Вот в этом - небо озарившем дне.

x x x

Я не был трезв ни дня, я не таю. Я опьянен всегда; в ночь Кадр*я пью, Уста - к устам фиала; до рассвета Рукою шею хума обовью.

x x x