В ходе очередных консультаций ему удалось познакомиться с обсуждаемым планом действий правительства на ближайшие годы. Оказалось, что правящие круги Японии, несмотря на заключение антикоминтерновского пакта, не намерены в ближайшей перспективе предпринимать активные действия против СССР. Вместо этого было признано целесообразным оккупировать весь Китай, чтобы обеспечить свою страну необходимым сырьем. При этом считалось, что китайская армия серьезного сопротивления не окажет. Только после этого будут рассматриваться планы «большой войны». Таким образом, направление японской агрессии смещалось на юг, и в обозримом будущем военная угроза СССР на Дальнем Востоке существенно уменьшалась.

Когда об этом была информирована Москва, Центр срочно потребовал подтверждений, настолько важными и неожиданными были полученные из Токио сведения. Все помощники Зорге получили это задание и стали встречаться со своими источниками. Мияги первому удалось добиться успеха. Знакомый ему полковник из генерального штаба, занимавшийся в свободное время живописью, в беседе с художником проговорился, что видел в одном из авиационных полков крупномасштабный макет китайской территории. Он был изготовлен для подготовки летчиков к воздушным налетам на важнейшие объекты этой страны. Сам Рихард получил подтверждение от своего друга полковника Отта, которому, как ближайшему союзнику, японцы сообщили о предстоящей в Китае операции.

Это был очередной большой успех резидентуры, возглавляемой Рамзаем. Советское военное командование на основе этой важной информации внесло коррективы в планы развертывания Дальневосточной группировки войск Красной армии, уменьшив ее численность и боевой состав. Высвободившиеся силы стали рассматриваться в качестве резерва для усиления западного направления, где возрастала агрессивность быстро наращивающей свой военный потенциал фашистской Германии.

В Разведывательном управлении решили поощрить сотрудников токийской нелегальной резидентуры за достигнутые ими успехи в получении стратегически важной информации. По указанию Урицкого на имя наркома обороны СССР Маршала Советского Союза Ворошилова была подготовлена докладная:

«В течение двух с лишним лет в качестве неофициального секретаря германского военного атташе в Токио ведет работу в чрезвычайно трудных условиях наш работник, член ВКП(б) Зонтер Ика Рихардович.

Этот товарищ все время снабжает нас материалами и документами о японо-германских отношениях…

Вместе с ним работает в качестве радиста т. Клаузен Макс, который беспрерывно, в тяжелых агентурных и технических условиях поддерживает с нами радиосвязь.

Следует отметить, что оба эти товарища практически в момент событий 26.3.36 года в Токио поддерживали с нами бесперебойную радиосвязь и держали нас в курсе всего происходящего.

В настоящее время работа этих двух товарищей приобретает особое значение, но на почве длительной работы в тяжелых условиях, на почве длительного отрыва от Советского Союза у них чувствуется большая моральная усталость. Заменить их в данное время невозможно. Для пользы дела необходимо продлить работу этих товарищей, закрепив их на тех позициях, на которых они находятся.

Прошу вашей санкции на награждение этих товарищей орденами “Красной Звезды”, что ими безусловно заслужено и явится для них стимулом для напряженной работы в особых условиях.

Начальник Разведывательного управления РККА

Комкор С. Урицкий».

Этот документ, как того требовали существовавшие в то время правила, прошел предварительное согласование в партийных и кадровых органах Разведуправления. Каких-либо негативных и компрометирующих данных на Рамзая и его радиста практически не было, за исключением донесения одного из курьеров, написанного в 1934 году. В нем говорилось о «неверных политических взглядах» Зорге на политику Коминтерна. Кроме того, сохранилась негативная характеристика, составленная начальником японского отделения Покладком после его встречи с Рихардом во время его посещения Москвы в 1935 году. Урицкий не стал принимать их во внимание, но эти документы остались в делах Восточного отдела, как того требовали правила.

Представление было направлено в Наркомат обороны, но не было полностью реализовано. Зорге и Клаузену были объявлены благодарности. Награждение орденами по формальным основаниям было признано нецелесообразным. В военном ведомстве и Разведывательном управлении в это время начали разворачиваться драматические события, которые в последующем оказали серьезное влияние на работу военной разведки, а также на судьбу многих сотрудников Разведывательного управления и разведчиков, выполнявших специальные задания за рубежом.

НЕСМОТРЯ НА СЛОЖНЫЕ УСЛОВИЯ, РАБОТА ПРОДОЛЖАЕТСЯ