Читаем Ребекка полностью

Ребекка

He did not notice, every day, as I did, the blind gaze of the old dog in its basket in the library, who lifted its head when it heard my footstep, the footstep of a woman, and sniffing the air drooped its head again, because I was not the one she sought.	Он не ловил, как я, слепой взгляд старой собаки, поднимавшей голову, стоило мне войти в библиотеку, - ведь она слышала мои шаги, женские шаги, - а затем вновь ронявшей ее, потому что нюх говорил ей, что я не та, кого она ждет.
Little things, meaningless and stupid in themselves, but they were there for me to see, for me to hear, for me to feel.	Мелочи, бессмысленные и глупые сами по себе, но я не могла их не видеть, не замечать, не чувствовать.
Dear God, I did not want to think about Rebecca.	Господи, я вовсе не хотела думать о Ребекке.
I wanted to be happy, to make Maxim happy, and I wanted us to be together.	Я хотела быть счастливой и сделать счастливым Максима. И я хотела, чтобы мы были вместе.
There was no other wish in my heart but that.	В моем сердце не было никакого иного желания.
I could not help it if she came to me in thoughts, in dreams.	Не моя вина, если Ребекка вторгалась в мои мысли, в мои сны.
I could not help it if I felt like a guest in Manderley, my home, walking where she had trodden, resting where she had lain.	Не моя вина, если я чувствовала себя в Мэндерли, моем доме, гостьей, бродящей там, где раньше гуляла она, отдыхающей там, где она ложилась отдохнуть.
I was like a guest, biding my time, waiting for the return of the hostess.	Непрошеной гостьей, ждущей, что вот-вот вернется хозяйка и ей придется уйти.
Little sentences, little reproofs reminding me every hour, every day.	Отдельные слова, отдельные короткие фразы напоминали мне об этом каждый день, каждый час.
'Frith,' I said, coming into the library on a summer morning, my arms full of lilac, 'Frith, where can I find a tall vase for these?	- Фрис, - сказала я, входя как-то в библиотеку летним утром с букетом сирени в руках, - где мне найти высокую вазу?
They are all too small in the flower-room.'	В цветочной комнате есть только низкие.
'The white alabaster vase in the drawing-room was always used for the lilac, Madam.'	- Мы всегда ставили сирень в белую алебастровую вазу из гостиной, мадам.
' Oh, wouldn't it be spoilt?	- А она не испортится?
It might get broken.'	Вдруг разобьется?
'Mrs de Winter always used the alabaster vase, Madam.'	- Миссис де Уинтер всегда брала алебастровую вазу, мадам.
' Oh, oh, I see.'	- О... о.... понимаю.
Then the alabaster vase was brought for me, already filled with water, and as I put the sweet lilac in the vase and arranged the sprigs, one by one, the mauve warm scent filling the room, mingling with the smell of the new-mown lawn outside coming from the open window, I thought:	Мне тут же принесли алебастровую вазу, уже налитую водой, ставя в нее ветку за веткой душистую сирень, поворачивая так и этак розовато-лиловые грозди, залившие комнату теплым ароматом, к которому примешался доносящийся с лужайки дух свежескошенной травы, я думала:
'Rebecca did this.	"Ребекка тоже делала это.
She took the lilac, as I am doing, and put the sprigs one by one in the white vase.	Брала сирень, как я сейчас, и ставила ветку за веткой в белую вазу.