Читаем Ребекка полностью

Ребекка

'Yes, indeed I will.' Lying, pretending I knew all about it; and in the car going home I sat in my corner, biting my thumb nail, seeing the great hall at Manderley thronged with people in fancy dress, the chatter, hum, and laughter of the moving crowd, the musicians in the gallery, supper in the drawing-room probably, long buffet tables against the wall, and I could see Maxim standing at the front of the stairs, laughing, shaking hands, turning to someone who stood by his side, tall and slim, with dark hair, said the bishop's wife, dark hair against a white face, someone whose quick eyes saw to the comfort of her guests, who gave an order over her shoulder to a servant, someone who was never awkward, never without grace, who when she danced left a stab of perfume in the air like a white azalea.	- Да, разумеется, - притворяясь, что мне все про это известно, а затем, сидя в уголке машины, направлявшейся домой, и кусая ногти, я представляла огромный холл в Мэндерли, забитый людьми в маскарадных костюмах, шум, болтовню и смех движущейся толпы, музыкантов на галерее, ужин а-ля фуршет, возможно, в парадной гостиной, длинные столы с закусками вдоль стен. И я представляла Максима, стоящего у подножия лестницы; он смеялся, пожимая руки, и оборачивался к той, кто стояла рядом с ним, высокая и стройная, с темными волосами и очень белым лицом, к той, чьи быстрые глаза следили, чтобы ее гостям было хорошо, кто отдавал через плечо приказания слугам, той, что никогда не бывала неловкой и неизящной, за кем, когда она танцует, остается в воздухе аромат белой азалии.
'Will you be entertaining much at Manderley, Mrs de Winter?'	"Вы часто будете устраивать приемы, миссис де Уинтер?"
I heard the voice again, suggestive, rather inquisitive, in the voice of that woman I had called upon who lived the other side of Kerrith, and I saw her eye too, dubious, considering, taking in my clothes from top to toe, wondering, with that swift downward glance given to all brides, if I was going to have a baby.	Я снова слышала этот голос, любопытный, словно на что-то намекающий голос женщины, живущей по другую сторону от Керрита, которой я нанесла ответный визит. Я видела снова ее глаза, подозрительные, оценивающие, охватывающие единым взглядом мой туалет от шляпы до туфель. Быстрый взгляд сверху вниз, от которого не убережется ни одна новобрачная, - не в положении ли я?
I did not want to see her again.	Я не хотела больше ее видеть.
I did not want to see any of them again.	Я не хотела больше видеть ни одну из них.
They only came to call at Manderley because they were curious and prying.	Они приезжали с визитом в Мэндерли только из любопытства, из желания сунуть нос в чужие дела.
They liked to criticise my looks, my manners, my figure, they liked to watch how Maxim and I behaved to each other, whether we seemed fond of one another, so that they could go back afterwards and discuss us, saying,	Им нравилось критиковать мою внешность, мои манеры, мою фигуру, им нравилось смотреть, как мы с Максимом держимся друг с другом, влюблены ли мы один в другого или нет, чтобы потом вернуться к себе домой и, перемывая нам косточки, сказать:
' Very different from the old days.'	"Совсем не то, что в прежние дни".
They came because they wanted to compare me to Rebecca... I would not return these calls any more, I decided. I should tell Maxim so.	Они приезжали потому, что хотели сравнить меня с Ребеккой... Я не буду больше возвращать визиты, решила я, так и заявлю Максиму.
I did not mind if they thought me rude and ungracious.	Пусть считают меня грубой и невоспитанной, мне все равно.
It would give them more to criticise, more to discuss.	У них будет больше пищи для критики, больше пищи для разговоров.
They could say I was ill-bred.	Они смогут сказать, что я плохо воспитана.