Читаем Ребекка полностью

Ребекка

We came to a clearing in the woods, and there were two paths, going in opposite directions.	Мы вышли на небольшую полянку; отсюда отходили в противоположные стороны две тропинки.
Jasper took the right-hand path without hesitation.	Джеспер, не колеблясь, побежал по правой.
'Not that way,' called Maxim; 'come on, old chap.'	- Ко мне, - позвал его Максим, - иди сюда, скотина.
The dog looked back at us and stood there, wagging his tail, but did not return.	Пес оглянулся, завилял хвостом, глядя на нас, но не тронулся с места.
'Why does he want to go that way?' I asked.	- Почему он хочет идти туда? - спросила я.
'I suppose he's used to it,' said Maxim briefly; 'it leads to a small cove, where we used to keep a boat.	- Верно, потому, что привык, - коротко ответил Максим. - Та тропинка ведет к бухточке, где мы держали яхту.
Come on, Jasper, old man.'	Пошли, пошли, дружище.
We turned into the left-hand path, not saying anything, and presently I looked over my shoulder and saw that Jasper was following us.	Мы свернули на левую тропинку, ничего больше не сказав, и, когда я вскоре оглянулась, я увидела, что Джеспер бежит следом.
'This brings us to the valley I told you about,' said Maxim, 'and you shall smell the azaleas.	- Эта тропинка идет к той долине, о которой я тебе говорил, - сказал Максим, - где так чудесно пахнут азалии.
Never mind the rain, it will bring out the scent.'	Не обращай внимания на дождь, запах станет еще слышнее.
He seemed all right again now, happy and cheerful, the Maxim I knew and loved, and he began talking about Frank Crawley and what a good fellow he was, so thorough and reliable, and devoted to Manderley.	Он уже пришел в себя, стал веселым и оживленным, тем Максимом, которого я знала и любила. Он принялся говорить о Фрэнке Кроли, о том, какой он славный малый, какой прекрасный и надежный работник, а как он предан Мэндерли!
'This is better,' I thought; 'this is like it was in Italy', and I smiled up at him, squeezing his arm, relieved that the odd strained look on his face had passed away, and while I said	"Так-то лучше, - подумала я. - Так было в Италии". И я улыбнулась ему, сжимая его руку, с облегчением видя, что с его лица сошло это странное напряженное выражение, и в то время как я говорила:
'Yes,' and	"Да", и
' Really?' and	"Правда?", и
'Fancy, darling,' my thoughts wandered back to Beatrice, wondering why her presence should have disturbed him, what she had done; and I thought too of all she had said about his temper, how he lost it, she told me, about once or twice a year.	"Подумать только, милый!" - мои мысли вновь и вновь возвращались к Беатрис; я не понимала, почему ее присутствие так взбудоражило Максима, до такой степени выбило из колеи; что она сделала? Я думала также о том, что она сказала мне о его характере, о том, как бывает страшно, когда изредка - раза два в год - он выходит из себя.
She must know him, of course; she was his sister.	Конечно, она должна хорошо его знать, она его сестра.
But it was not what I had thought; it was not my idea of Maxim.	Но я не могла с ней согласиться, я иначе представляла Максима.