Читаем Разведотряд полностью

«А тут» оказалось, есть: лестничные марши сквозного, на все три этажа, чёрного хода – для разноски завтраков по номерам и ресторанных заказов. И оканчивались они под люком на чердак. Так что памятливый Саша Новик знал что делать и знал где. Милосердно запрокинув за перила бледного парнишку арийской белобрысины с баттерфляем на официантской манишке («Ich nicht der Militär! – Не военный, мол… Вижу…»), они добрались до люка. И уже через минуту прыжков через балки перекрытия и ныряния под стрехи в пыльных чердачных сумерках, оказались у низкой дощатой дверцы, которую Новик, не замешкавшись, выбил сапогом.

Радость наблюдателя-часового, вцепившегося в ажурную ковку ограды, как в обломок «Титаника», была бесконечной (лихорадочная тряска от взрывов старинной кровли – уже отшелушились и улетели вниз сотни черепиц – и так пропитала бельё бедняги холодным потом… А тут если и не смена, то хоть не в одиночку помирать!), но – скоротечной. Едва ответив на приветствие: «Хайль!» – довольно странным: «Geh’ zu Höhle…», то есть «Да пошёл ты…», – один штурман СС принялся деловито расчехлять зенитную спарку. А другой схватил наблюдателя за мотню, раньше, чем тот успел потянуться за маузером, прислонённым к стереотрубе, и поднял одним рывком.

…и обратно

С ворохом листвы, набившейся в водосток, и с фрагментом кованого узора тонкоголосо вопящий на лету наблюдатель изрядно напугал дежурного повара, выглянувшего в то же выбитое окно кухни, чтобы позвать караульных:

– Hier zwei der… Тут двое подозрительных! Наверх побежали!

– И чуть не сломали шею Адаму! – подсказал сквозь надсадный кашель кто-то изнутри.

– И боюсь, что не только Адаму… – осторожно, прикрывшись разделочной доской, выглянул повар за подоконник, где торчали задранные врозь сапоги наблюдателя…

Экстерьер и даже крыша

Услышавший повара начальник караула роттенфюрер СС Пехвогель отреагировал сколь моментально, столь и неловко, – в соответствии с фамилией. Растолкав-распределив подчинённых, – кому догонять наглого бородатого партизана, завернувшего на мотоцикле за угол хозяйственного блока, кому: «За мной! Schnell!» – Пехвогель прямиком, как в лобовую атаку, бросился на крик из окна кухни. Просторную клумбу он и ещё полдюжины эсэсовцев проскочили с божьей помощью и довольно резво.

Но именно в этот момент Саша Новик наконец-то нашёл и выбил стальную шпильку запора, моментально превратив зенитную спарку в двуствольный станковый пулемёт крупного калибра. Только покрутить рукояткой горизонта и…

Гипсовая Мельпомена взбрыкнула белыми музыкальными ножками, махнула изящными ручками, разлетаясь с постамента во все стороны, точно балерина в разгар фуэте на фугас наскочила; палая листва вспорхнула в высохшей вазе бассейна рыжими вихрями. Ротенфюрер закрутился на месте куда менее эстетично, безвольно мотая головой в продырявленной навылет каске – что поделаешь, уже с начала 42 года от молибдена и марганца пришлось отказаться в пользу танков – и опустился на подвернувшиеся ноги… Никак не умирающий лебедь.

Многоточие чёрных фонтанчиков отбросило эсэсовцев назад от окна, за малахитово-зелёные шпалеры лавра. Мгновением спустя, во избежание героических фантазий, тяжеленные пули простригли их насквозь. Точно проворный поварской нож нашинковал пряную зелень вперемежку с кровяным бифштексом. Калибр-то нешуточный и патрон мощный, если на 1000 метров высоты фюзеляж рвёт, то с двадцати, да по мясу…

В радиальный набор прицела муравьиное чёрное тельце мотоцикла с линялой спиной гимнастёрки попало только на мгновение, а вот на чёрном мундире, вынырнувшем позади и секундой позже, прицел задержался чуть обстоятельней, поймав в перекрестье высот и горизонтов. Спарка в очередной раз по-собачьи встряхнулась на стальной платформе, окутавшись пороховым дымом.

– Мне показалось, или он в самом деле что-то горланит? – обернулся на секунду Новик.

– Яшка? С него станется! – Колька Царь забросил за спину шмайсер с порожним магазином, потянулся к маузеру, брошенному часовым, и, дослав ладонью затвор винтовки, добавил: – Сниматься пора, товарищ лейтенант, подтягиваются…

И, словно в подтверждение этой своей тревоги, вскинул приклад к плечу. Чёрная фигурка, возникшая над дальним гребнем черепичной кровли, тотчас же пропала, не то вспугнутая, не то сбитая звонким винтовочным выстрелом.

– Тут ещё выходы на чердак есть? – повёл Колька по сторонам стволом маузера.

– Есть, конечно… – озабоченно проворчал старший лейтенант, приматывая к шпильке упора кусок проволоки, сорванной с патронного ящика. Другим её концом обмотал рубчатую рубашку Ф-1.

Может, и не сразу, а только когда захотят фрицы, как должно, задрать стволы крупнокалиберных автоматов в облака, стращать архангелов – к ним и отправятся…

– Пошли! – торопливо вытер руки о штаны Новик, оставив на них жирные пятна солидола, и спросил неожиданно: – У тебя как с парашютной подготовкой?

– Никак… – насторожился Романов.