Читаем Разбуди в себе исполина полностью

Начав изучать силу словарного запаса, я обнаружил, что все еще борюсь с мыслью, что такие простейшие вещи, как замена используемых нами слов, могли произвести радикальное изменение в нашей жизни. Но, когда я глубже вник в изучение языка, то натолкнулся на удивительные факты, которые убедили меня, что слова являются своего рода прекрасным фильтром и преобразователем явлений жизни. Например, я обнаружил, что, согласно энциклопедии Комптона, английский язык содержит по меньшей мере 500 000 слов, а другие источники утверждают, что общее их число приближается к 750 000. Определенно, английский язык — самый богатый язык на Земле. После него, хотя и со значительным разрывом, идет немецкий, в нем половина этого числа слов.

Что меня особенно поразило, так это то, что, имея язык с таким огромным количеством слов, мы имеем чрезвычайно ограниченный повседневный лексикон. Я беседовал с разными лингвистами, и они сказали мне, что словарный запас человека в сред нем составляет 2000—10 000 слов. Даже если оценивать английский словарь консервативно, то есть считать, что он состоит из полумиллиона слов, — то и это значит, что мы постоянно пользуемся только от 1/2 до 2 процентов общего языкового запаса! Что может быть большей трагедией. А из этих слов, как вы думаете, сколько можно найти для описания эмоций. Я смог найти 3000 слов, относящихся к человеческим эмоциям, проштудировав предварительно кучу справочников. Что меня поразило, так это соотношение слов, описывающих негативные и позитивные эмоции. По моим подсчетам, позитивные эмоции можно описать с помощью 1051 слова, в то время как негативные эмоции можно описать с помощью 2086 слов (почти вдвое больше). В качестве примера я нашел 264 слова для описания такой эмоции, как грусть — это слова типа "унылый", "угрюмый", "печальный", "тоскливый", "горестный", "полный слез", "меланхоличный", — и только 105 слов для описания бодрости "веселый", "бойкий", "самоуверенный", "живой", "жизнерадостный" и т.д.  Неудивительно, что люди чаще чувствуют себя плохо, чем хорошо.

Как я уже говорил в главе седьмой, когда участники моего семинара "Свидание с судьбой" составляли свой список эмоций, которые они испытывают в течение недели, большинство из них не переходило за цифру 12. Почему? Да потому, что мы привыкли испытывать все время одни и те же эмоции. Некоторые люди почти все время находятся в расстроенном, обозленном, обиженном, испуганном или подавленном состоянии. Одной из причин этого является то, что они постоянно используют одни и те же слова для описания своих ситуаций. Если бы мы более критически анализировали чувства, которые таятся в нас, и относились к оценке вещей и явлений более творчески, мы могли бы прикрепить новый ярлык к тому или иному событию и, следовательно, изменить наше эмоциональное состояние.

Помню, как несколько лет назад я читал об одном исследовании, проведенном в тюрьме. Оказалось, когда заключенные испытывали боль, одним из немногих имевшихся у них способов общения было физическое действие — их скудная лексика настолько ограничивала эмоциональный диапазон, что даже малейшее чувство дискомфорта вызывало приступы безудержной ярости. Какой это контраст по сравнению с такими людьми, как Уильям Бакли, чья эрудиция и умение владеть языком позволяют описывать широчайшую гамму эмоций и таким образом переживать разнообразные ощущения. Если мы хотим изменить и сформировать свою судьбу, то должны сознательно подбирать слова, которые хотим употреблять в своей речи, и постоянно расширять свой выбор.

Чтобы раскрыть перед вами дальнейшую перспективу, скажу, что в Библии используется 7200 различных слов, поэт и эссеист Джон Мильтон в своих произведениях использовал 17 000 слов, а словарный запас Уильяма Шекспира насчитывает свыше 24 000 слов, из которых 5000 встречаются только один раз. В сущности, он придумал многие английские слова, широко используемые в настоящее время Ниже приводится перечень нескольких слов, которые могут показаться вам интересными.

Несомненно, лингвисты доказали, что нашу культуру  формировал язык Разве это не подтверждается тем, что в английском языке столько глаголов. В конце концов, как общественная формация мы очень деятельны и горды тем, что нацелены на действие Слова, которые мы постоянно используем, оказывают влияние на наши оценки и, следовательно, на образ мыслей. И напротив, китайская культура высоко ценит то, что не изменяется, — факт, отраженный многими диалектами, в которых доминируют существительные, а не глаголы. С их точки зрения, существительные представляют вещи, которые будут жить вечно, в то время как глаголы (как действия) сегодня есть, а завтра их не будет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика