– Значит, еще одна война. Погибнут еще миллионы. А выход есть. Ленин предлагает заключить мир, мир без аннексий и контрибуций. Землю – крестьянам, отобрав ее у помещиков. Поставить рабочий контроль над фабриками и заводами, над шахтами и рудниками, создать новую государственную машину взамен старой, с новым социалистическим строем, где было бы все чётко отлажено и еще более чётко работало. Но мы знаем, что всё это нам никто не поднесет на золотом подносе, за это мы должны бороться и бороться. Либо Россия станет промышленной страной, либо она станет колонией Германии, Турции или Австро-Венгрии. Кровь из носа, но драться за новую Россию, чтобы спасти ее от гибели. Более того, спасти русский народ от нового рабства, от колониализма, а может быть, и от физической гибели большой нации.

Если вы готовы на жертвы, готовы быть на стороне русского народа, если вам дороги интересы России, то идите в народ и разъясняйте политику нашей партии, отрывайте народ от болтунов и крикунов. В спокойствии и размеренности наша сила.

Наша партия призвала народ в следующее воскресенье выйти на улицу, чтобы отметить годовщину Кровавого воскресенья, отметить стачками, политическими забастовками. Пусть враги видят рост наших рядов, нашу силу.

Вот пока и всё. Будут вопросы? Времени в обрез. Сейчас по одному расходитесь. Прощайте! Спирин, проводи меня. Подпили мы с тобой ладно. Веди гулевана!

6

Во Владивостоке слякоть, хотя уже начало января. Грязный снег по обочинам дорог, чавкающий под ногами снег на тротуарах. Грязные потёки на стенах домов, на окнах. Пелена дыма и тумана над морем и городом. Бегут, трезвонят трамваи, спешат люди…

Шишканов после второго ранения вернулся в город, не спеша шел по Владивостоку. За заснеженной Сибирью осталась война, душный лазарет, Петроград, где Шишканов разыскал Федора Силова и через него встретился с большевиками. От них получил задание проинформировать социал-демократическое подполье Владивостока о создавшемся положении в Петрограде, в центре России. Владивосток не Петроград, хотя много общего в погоде: те же туманы, промозглость, но меньше страстей и революционного накала. В его тяжелом чемодане революционная литература, из-за которой можно легко снова угодить на каторгу. Но Шишканов не трусил, у него есть защита – Георгиевский крест, поэтому ехал смело, рассказывал мещанам о геройстве русских солдат, которые горят желанием разбить германцев. Совсем другое он расскажет владивостокскому подполью.

И вот он выступил на явочной квартире:

– Не надо быть провидцем, – ровно говорил Шишканов, – что в России назрела революция. Это понимает и царь, и его приближенные. Они ищут выход из создавшегося положения. А выход один – это заключить сепаратный мир с Германией, а потом верными войсками задушить революцию. Но против мира крупная буржуазия, которой невыгодно терять свои прибыли на военных поставках. С другой же стороны, рабочие и солдаты требуют прекращения войны. Верхушка судорожно ищет возможности, чтобы удержаться у власти. Но, как это понимаем мы, большевики, час настал. Просочились сведения, что скоро заговор будет приведен в исполнение. Заговорщики хотят с помощью гвардии задержать поезд, идущий из Ставки, и в поезде заставить царя отречься от престола государства Российского, принудить царя передать корону малолетнему сыну, при регентстве великого князя Михаила Александровича. Таким образом, в России должна установиться конституционная монархия. С планами заговорщиков согласны союзники. Англия и Франция, по их утверждению, много капиталов вложили в дела России и терять их не хотят. Большевики поддерживают этот заговор, более того, поддержат и революцию, которая станет первым этапом к захвату власти народом.

Но мы должны разоблачать планы буржуазии, готовить народ к новым боям, проводить здесь, на далекой окраине России, забастовки, демонстрации, митинги, разъяснять народу порочность политики буржуазии.

Мне также предложено передать вам, большевикам-дальневосточникам, что ваша позиция по отношению к другим партиям вредна и порочна. Вы работаете в содружестве с эсерами, меньшевиками, максималистами и даже с анархистами. Всё это идет вразрез с решениями Пражской конференции 1912 года, где истинные большевики отмежевались от меньшевиков и других партий, которые стоят на антинародных платформах, работают в содружестве с буржуазией, ратуют за продолжение войны, целуются и милуются с буржуазией. Мало того, так кое-кто забыл девятьсот пятый-седьмой годы, когда меньшевики и эсеры выступили за ликвидацию революции, за переход на легальную работу совместно с буржуазными партиями.

В горнице зашевелились, зашумели, кто-то громко сказал:

– Еще одного раскольника послал бог на наши головы.

Раздались смешки. Никитин, который вел собрание, поднял руку: