Читаем Раскол Церкви полностью

- Мне неприятно это говорить, - сказал он вслух, не отворачиваясь от вида, когда облекал свои мысли в слова, - но обменять один из наших галеонов на один из их каперов, вероятно, самое лучшее, что может быть.

- Ну, этого недостаточно, - проворчал Халинд. - И не только потому, что Торэст обвиняет меня в этом!

- Я знаю, Поэл, - ответил Тирск. - Знаю.

И он действительно знал. На самом деле, Халинд был одним из относительно немногих старших офицеров королевского доларского флота, которые были больше озабочены поиском наилучшего способа справиться с радикально новыми угрозами, с которыми столкнулся флот, чем прикрытием собственных драгоценных задниц.

Ну, по крайней мере, одним из относительно немногих старших офицеров, которые все еще служат, - поправил себя граф.

- Они должны снова вернуть тебя на флот, Ливис, - сказал Халинд, как будто он читал мысли Тирска. Граф признал, что не нужно быть гением, чтобы понять, о чем он думает. - Конечно, они должны понимать, что не могут позволить себе оставить тебя сидеть на берегу, как запасной якорь!

- Не ставь на это, - кисло сказал он и повернулся лицом к своему гостю. - Учитывая то, как Торэст и король обвиняют меня в том, что произошло у рифа Армагеддон, полагаю, мне повезло, что они ограничились тем, что просто выбросили меня на берег.

Халинд выглядел так, как будто предпочел бы поспорить. К сожалению, король Ранилд был больше заинтересован в том, чтобы найти и наказать козла отпущения, чем в том, чтобы извлечь выгоду из опыта своего лучшего морского командира в борьбе с чарисийским флотом. И дополнительным несчастьем Тирска было то, что герцог Торэст, самый близкий в Доларе человек к министру флота - и к тому же старший командующий этим флотом - был женат на сестре герцога Мэйликея, несравненно некомпетентного (и, к счастью, покойного) "гранд-адмирала", который отправил на корм кракенам большую часть доларского флота, несмотря на все усилия Тирска спасти его от собственной катастрофической неуклюжести. Торэст вряд ли признал бы вину Мэйликея, особенно если бы эту вину можно было переложить на кого-то другого. В сложившихся обстоятельствах Тирск действительно всерьез рассматривал приглашение барона Уайт-Форда перебраться на Таро в качестве заместителя командующего таротийским флотом.

Если бы не его семья, он, вероятно, так бы и сделал, - признался он себе сейчас. - Его жена умерла много лет назад, но у всех трех его дочерей были собственные мужья и дети [в восьмой части мужья и дети есть только у двух старших дочерей, младшая - незамужняя послушница ордена Паскуале]. Мало того, что он скучал бы по ним чуть ли не больше, чем по самой жизни, но он был далек от уверенности, что король не наказал бы их за "неудачу" их отца и деда, если бы сам Тирск оказался вне его досягаемости.

- Они не могут оставить тебя здесь надолго остывать, - возразил Халинд. - Ты лучший и самый опытный командующий флотом, который у нас есть!

- И я также кость, которую они готовы бросить викарию Аллейну и "рыцарям земель Храма", если до этого дойдет, - отметил Тирск более спокойно, чем он на самом деле чувствовал.

- Конечно, до этого не дойдет.

Тирск чувствовал бы себя лучше, если бы Халинд смог придать своему тону немного больше уверенности.

- Надеюсь, что нет. - Граф снова повернулся к окну, сцепив руки за спиной, словно желая, чтобы его жизнь была такой же спокойной, как эти далекие воды, видимые отсюда. - Хотя я не совсем уверен в этом.

- Знаешь, - немного неуверенно сказал Халинд, - наверное, было бы лучше, если бы ты, ну...

- Держал рот на замке? Перестал наступать им на мозоли? - Рот Тирска сардонически скривился. - К сожалению, Поэл, у меня есть свои обязанности, и не только перед королем.

- Я знаю это. Это одна из причин, по которой я здесь следую твоим советам, пытаюсь найти идеи в твоем мозгу. Но правда в том, что каждый раз, когда ты открываешь рот, ты только злишь короля. А что касается Торэста..!

Халинд закатил глаза и покачал головой, а Тирск кисло рассмеялся.

- Я не могу придумать ничего - по крайней мере, кроме предсмертного хрипа, - что Торэст хотел бы услышать от меня, - сказал он.

На самом деле, - добавил он про себя, - если бы не Ферн, думаю, Торэст предпочел бы отдать меня под трибунал и повесить перед парламентом в назидание всем этим другим "трусливым бездельникам" - вроде тех, кто, очевидно, помог мне предать его шурина из-за нашей собственной некомпетентности и трусости - он прямо уверен, что они где-то там.