Читаем Путинбург полностью

Областной город с некогда великой судьбой наперебой обсуждал явление племянника бывшего мэра. Собчака в Петербурге помнили смутно, хотя прошло всего три с половиной года после его провала на выборах. Анатолий Александрович был мил определенному кругу горожан. Россия, как разведенка, бросалась в объятия высоких, размашистых, эстрадно-болтливых говорунов: «Кто здесь власть? Мы здесь власть!» И тут же кокетливо отворачивалась, виляя попой. А пусть догонит! Пусть добьется! Керенский и Собчак не догоняли. Во всех смыслах. И даже сбегали к другой. А вот этой измены Россия никогда не прощала: встречаться с соседской красоткой можно, коли бес в ребро, но вот с Европой — это предательство. Останься тогда Собчак в городе после проигрыша, не испугайся наезда, прояви стойкость и железную волю, все могло бы быть иначе. Но если бы у бабушки были колеса, то, как известно, была бы не бабушка, а велосипед. Сослагательного наклонения история не знает. Собчак улетел в Париж на санитарном самолете. Помог бывший вице-мэр и еще целая команда приближенных. Кстати, каждый из них получил свой приз, когда сменилась эпоха. Но вот что интересно — все они свои призы очень быстро растратили. Генерал Шевченко, поставивший Собчаку диагноз «инфаркт» в Военно-медицинской академии, стал министром здравоохранения в начале нулевых, но не удержался: порочная страсть была так очевидна, что пришлось переквалифицироваться в попы. Бывший депутат Ленсовета, политконсультант и технолог смог обеспечить назначение своего юного протеже заместителем ключевого министра, но протеже был столь корыстен и самонадеян, что его задвинули в какой-то дальний угол и запретили показывать по федеральному ящику. Ну и так далее… А Россия, повиляв филейной частью и не увидев мужественности ухажера, бросалась в объятия «конкретного мужика». Меньше говорит, зато больше делает! Всё в дом! За таким как за каменной стеной. Ну или за железным занавесом. Это уже как кому нравится.

Был ли тогда у Собчака инфаркт? Участники консилиума мне по секрету говорили: нет. Но сердце было реально больное. Стенокардия, сужение сосудов. Лучше всего было бы сделать шунтирование. Инфаркт мог развиться в любой момент: экс-мэр пребывал в постоянном стрессе и страхе перед возможным арестом. Потом, в 1999-м, когда он вернулся, чтобы победить на выборах в Госдуму, я общался с ним. И выглядел он неважно. Без харизмы власти и уверенности в себе он являл собой весьма жалкое зрелище. Вот правда: как бы кто к нему ни относился, но в последний год своей жизни Анатолий Александрович вызывал сочувствие. И не только в силу своего незавидного положения. Он выглядел как больной-сердечник. Есть такой тип лица: одутловатая шея, отекшие щеки, немного замедленная речь. И было понятно, что будущего у него нет. Хорошего, годного будущего. Меня часто спрашивают: была ли его смерть убийством? Если и не была, что все-таки маловероятно, то просто повезло. Тем, кому мертвый Собчак был намного лучше живого…

Анатолий Александрович выступал у меня в прямом эфире программы «Петербургское время» в 1999 году. Никто в городе не мог дать ему час прямого интерактивного эфира, кроме меня. Зная, что он будет говорить какие-то совсем подсудные вещи и непременно подставит меня, поссорив в очередной раз с действующим губернатором, я подстраховался. Попросил Яковлева посмотреть программу и позвонить в эфир, прокомментировать. Губернатор согласился. Но Собчак наговорил что-то совсем несусветное, обвинил Яковлева в связях с бандитами, во взятках и все такое… Яковлев был в ярости и не мог даже говорить. Висевший все время на телефонной линии, он дал трубку пресс-секретарю. Саша Афанасьев сказал в прямом эфире, что Смольный не считает возможным даже обсуждать выступление кандидата в депутаты Госдумы, но изучит сказанное и подаст в суд. Спокойно сказал, с убийственной иронией. В ярость пришли Собчак и Нарусова.

— Вы специально подставили, да? — шипела Людмила Борисовна. — Вы специально пригласили моего мужа, чтобы дать возможность этому шнырю опорочить Собчака?!

Спорить было бесполезно. Они с мужем всегда жили поперек времени и смыслов. Ей даже в голову не пришло, кто кого подставил…