Читаем Путь Дракона полностью

— У нас были серьезные подозрения, — ответила она ему.

— Но зачем это понадобилось Расколотому Престолу? — спросил губернатор.

— Да потому, что это кровожадная банда не прирученных северных дикарей, — сказала женщина-тралгу. — Недалеко ушедших от обезьян.

— А мне говорили, что пожар был неожиданностью даже для короля Симеона, — сказал синаец-наемник. — Полевой командир устроил из этого этакое представление в театре политики.

— Что не противоречит моим тезисам об обезьянах-с-мечами, — сказала женщина-тралгу, и губернатор усмехнулся.

— Не удивлюсь, если окажется, что есть не одно объяснение случившемуся, — сказала Ситрин. — Однако, надеюсь, вы меня простите, если я изволю довольствоваться той информацией, что у меня есть.

— Слышал, что Комме Медеан продвигает свои интересы на севере, в Антее, в частности, — сказал седеющий куртадамец. — Не хватало, чтобы мы и на юге прочувствовали его агрессивную позицию.

Ситрин почувствовала беспокойство. Если банк расширяется в северных странах — Антее, Астерилхолде, Северном взморье, Халлскаре и Саракале, она вполне могла подложить ему свинью, основав филиал на другом конце континента. Этот вопрос она не была готова обсуждать, поэтому тему нужно сменить, и срочно. Она улыбнулась, как поступил бы и магистр Иманиэль в подобном случае.

— А есть ли такая штука вообще, как чисто северные интересы? — спросила она. — Наринисл на севере, а он, судя по всему, интересует каждого из нас.

Даже ветер, казалось, и тот замер. Она без обиняков озвучила скрытое значение всей предыдущей болтовни. Она подумала, не ляпнула ли только что лишнего, поэтому улыбнулась, и глотнула вина, делая вид, что сказано было преднамеренно. Квахуар-полукровка улыбнулся и кивнул ей, как будто она только что заработала очко в игре.

— Наринисл-то может и на севере, — сказал старик-куртадам, — но проблемы все на юге, так ведь? Король Сефан со своим вольным пиратским флотом.

— Без возражений, — сказал синнайский капитан наемников. — Есть только один способ сделать торговлю безопасной — если с этим согласится Кабрал. И этого нельзя добиться действуя только на море.

Женщина-тралгу хмыкнула, и отложила креветку, которую ела.

— Вы же не собираетесь задействовать и наземные силы для охраны судов? — спросила она. — Порте Оливия начнет наземную войну с Кабралом, и королева спалит его дотла в качестве извинения перед королем Сефаном быстрее, чем антейцы сожгли Ванаи. Мы город, знаете ли, а не королевство.

— Сделай все правильно, и задействовать не придется, — сердито сказал синаец. — И это не силы вторжения. Но конвой, охраняющий торговые суда должен быть в состоянии высадить береговой десант. Проблема с пиратами не будет решена, если они в состоянии спрятаться где нибудь среди скал, и объявить о своей безопасности.

Ситрин сидела на высоком стуле, подняв голову, и слушала, как напускная их учтивость дает трещину. Подобно художнику, выкладывающему мозаику по кусочку за раз, она начала видеть целостную картину разногласий и споров внутри этой группы.

Привилегированный круг судовладельцев и торговых домов настаивал на ограничении радиуса действия конвоя несколькими днями плавания от Порте Оливия. Защитим окрестности, была их точка зрения, а торговые суда дойдут сами. Это будет стоить меньше, а значит повышение тарифов будет небольшим. Слушая, как синаец и женщина-тралгу убеждают остальных, Ситрин окончательно уверилась, что в этом вопросе купеческие дома торговались за страховки. Патрулирование окрестностей оставляло огромную по площади акваторию без охраны, риски нападения пиратов и потери судов на прежнем высоком уровне, поэтому объемы страховых выплат не должны были снизиться.

С другой стороны, синаец был милитаристом, так как его предложением было создание вооруженных сил. Если остальные сойдутся во мнении, что только крупное вооруженное формирование, а особенно мечи и луки наемников, положат конец пиратам, он лучше других мог это обеспечить. Разумеется, никто не согласился.

Центральной точкой аргумента женщины-тралгу был договор между Биранкуром и Херезом, о котором Ситрин не знала. Ей нужно разыскать копию, чтобы понять, о чем он, но, даже, просто узнавая что-то, чего она не знала, она чувствовала себя победителем.

По мере развития спора, улыбалась она все менее и менее принужденно. Ум ее порхал над каждой фразой, высказанной оппонентами, очерчивал схемы, строил гипотезы, над которыми она поразмыслит как нибудь вечерком. Губернатор легко и спокойно удерживал общий тон от возрастания обмена колкостями, но воздержался от заключения мира. Это было тем, для чего он и пригласил их всех сюда. Это было его стилем работы. Ситрин приняла это к сведению.

После третьего стакана, она почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы вступить в дискуссию.

— Простите, — сказала она, — но мне кажется, что все мы зациклились на пиратстве, как единственной проблеме. Но с торговыми судами может приключиться и другое. Если я не ошибаюсь, три судна погибли во время шторма пять лет назад.

— Нет, — резко ответила женщина-тралгу.