Читаем Путь домой полностью

Но Оберон прав и не ошибается. Заморыш—Лизандр, ты потерпел поражение, ты вовсе не преуспел. Жители Земли разгадали твою уловку сразу же. Ты вел себя глупо, совсем не мудро, Лизандр, как же так?

А Таня, поспешно загружавшая едой тележку в дальнем конце кабины, добавила:

— По твоей милости, Лизандр, недальновидности и неблагоразумию весь наш план оказался под угрозой.

И Елена добавила:

— Главные Вышестоящие очень недовольны, совсем не рады.

И даже Оберон открыл было рот, намереваясь поучаствовать в разоблачении шпиона–неумехи, и Сэнди пришлось бы выдержать еще один залп упреков, но Таня уже выкатывала тележку с обедом из нагревателя. Хакхлийцы оставили Сэнди в покое, обнаружив объект внимания подостойнее.

В ограниченном пространстве кабины не хватало места, и поэтому одновременно вшестером наброситься на еду они не могли. Как и всегда, Сэнди держался в стороне, ожидая, пока утихнет битва за насыщение. Даже Оби, самого маленького, отшвырнули прочь. Он сделал попытку протиснуться рядом с Полли, но Полли его ущипнула, Оберон отскочил и налетел на Сэнди.

— Прости, — извинился Оберон в ответ на свирепый взгляд Сэнди. — Наверное, я погорячился, и ты не виноват. Мы еще не освоились на Земле. Как они на нас глазели!

— Теперь представь, как я себя чувствовал последние двадцать лет, — фыркнул Сэнди. Он был доволен переменой ролей, — преимущественно доволен, потому что, как оказалось, теперь он перестал чувствовать себя общим центром внимания, единственным и неповторимым, и перемена эта уколола его самолюбие.

Полли, набив рот, сердито посмотрела на них.

— Я велела разговаривать только по–хакхлийски! — невнятно произнесла она, продолжая жевать, — Само собой разумеется, что земляне нас разглядывают. Это естественная реакция. Из истории Земли известны эпизоды встреч примитивных дикарей с народами, в техническом и умственном отношении их превосходящих. Не сомневаюсь, что они видят в нас так называемых «богов».

И преисполнившись божественного величия, она отпихнула прочь Основу, чтобы оторвать еще ломоть мяса.

Таким образом, для Оби открылся просвет, чем он немедленно воспользовался, оставив Сэнди в одиночестве. Сэнди ничего не имел против того, чтобы обождать в сторонке. Можно сказать, что куча мала вокруг обеденной тележки заставила его слегка поморщиться. В кухне на ферме все совсем не так… там все было

по–другому. На еду земляне не бросались как безумные, никто ее не рвал зубами, не отталкивал соседа. Почему хакхлийцы не могут держать себя за едой… э-э… с достоинством?

Была еще одна мысль, посерьезнее, тревожившая Сэвди, То и дело он задавал себе вопрос: как и почему их тщательно разработанный план первого контакта с треском провалился — и очень быстро? Как такое возможно? Каким образом земляне почти сразу же засекли посадочный модуль?

Ведь план подготовили сами Главные Вышестоящие. Согласно их решению, посадка оставалась тайной, дока Лизандр, будучи человеком, совершает вылазку, оценивает обстановку. По результатам ее делается вывод: безопасно ли вступать в контакт с землянами или не стоит? Получается, что Главные Вышестоящие разработали непригодный план. Возможно ли? Главные Вышестоящие не ошибаются!

Но факт остается фактом — с самого начала замысел оказался несостоятельным; значит, Главные Вышестоящие что–то упустили, не учли все факторы.

Невероятно! Быть не может!

Движения хакхлийцев стали вялыми, глаза остекленели, в них появилось отсутствующее выражение. Покачиваясь, один за другим хакхлийцы разбрелись по креслам, а Сэнди хмуро подошел к тележке, оценил обстановку, выбрал кусочки получше из того, что осталось, и спустился по трап–шесту, чтобы перекусить снаружи, на замечательном земном солнышке.

За те несколько минут, пока Сэнди находился в модуле, успел совершать посадку еще один вертолет, очень большой, больше всех остальных. Он был белый, внушительного вида, и на борту — загадочные буквы «ИНТЕРБЕЗ». Винты вертолета еще вращались, а из дверцы выпрыгнуло наружу около дюжины землян.

Они подошли к Сэнди, который забрался на теплый от солнца плоский валун, чтобы пообедать. Люди с телекамерами и даже полицейские, еще слоняющиеся вокруг модуля, посматривали на новых гостей с уважением.

— Добрый день, господин Вашингтон, — сказал один из прилетевших. — Меня зовут Гамильтон Бойл.

Сэнди встал, стараясь не опрокинуть поднос с едой. Как полагалось по земным обычаям, он протянул руку и произнес хорошо выученную формулу вежливости:

— Рад познакомиться, господин Бойл.

— Рад поз… — Бойл охнул от боли. Он высвободил руку и потер.

— Однако у вас и хватка, — сказал он удивленно.

— Простите, — тут же извинился Сэнди, мысленно наградив себя щипком. — Я забыл, что физически я намного сильнее. Потому что притяжение на борту корабля составляет 1,4 земного. Может быть… — Он замялся, стараясь сообразить, что ему делать дальше, как в подобных ситуациях ведут себя воспитанные земляне. Наверное, предложить пищу — вполне дружественный жест? — Может быть, попробуете немного?

Он протянул пригоршню вафель.

Бойл принял одну и внимательно осмотрел.