Читаем Пустошь (СИ) полностью

Учиха задумчиво приподнял бровь. Ведь он никогда не задумывался о том, что вот уже третий год у него из собственности: только рюкзак, телефон и пачка сигарет. Взгляд вновь упал на рекламу пластиковых окон, которые так идеально подходили под ладный кирпичный дом. Люди всю свою жизнь строят вокруг себя стены, заборы, запираются ото всех на замок. И это нормально настолько, что чем выше вокруг тебя ограда, тем лучше, тем статуснее. Семьи тянут в свои гнёзда мебель, технику, чинят крышу, если та прохудилась, обделывают стены новым камнем. Но зачем?

Брюнет никак не мог понять, зачем они тратят такие деньги и силы на то, чтобы как можно дороже украсить свою и без того пригодную для жизни скорлупу? Ведь рано или поздно придёт Костлявая, и никакие замки, никакие стены не смогут отгородить тебя от её холодной руки. Даже самые дорогие, многослойные пластиковые окна, не спрячут тебя от ледяного дыхания смерти.

А всю эту мелочь не унести с собой…

Учиха перелистнул страницу, тут же забывая о чём думал. Взгляд упал на объявление, что было обведено чёрной рамкой. Здесь не требовалось: ни диплома, ни опыта работы, ни особого ума. Усмехнувшись, Саске отклеился от стенда и, бросив взгляд на подъехавший автобус, поплёлся пешком по разбитому тротуару: денег не было даже на проезд.

***

Наруто проснулся от ощущения полного одиночества, что сдавило со всех сторон. Что бы отогнать его, пришлось открыть глаза и нехотя выбраться из вязкого сна. Тот не желал отпускать, цепляя сознание своими тонкими крючьями, но Узумаки резко поднялся.

Пальцы вцепились в край дивана, спину тут же сгорбило, будто бы позвоночник был не в силах выдержать вес облепивших его костей и мышц. Подняв горящие глаза, парень медленно обшарил взглядом комнату, не находя ничего, за что можно было бы зацепиться. Точнее не находя никого, кто мог бы зацепить.


- Саске? - позвал он, поднимаясь и кутаясь в плед.


Босые ноги шаркающе прошли по комнате в сторону тёмного коридора, и Наруто остановился на пороге, цепляясь пальцами за косяк. Заходить на эту территорию полумрака совершенно не хотелось, потому что было стойкое ощущение, что стоит сделать шаг и обратно пути уже не будет.


- Бред, - твёрдо решил блондин и резко двинулся вперёд.


По спине пробежал холодок, когда он прошёл по рассыпавшимся по полу осколкам фарфоровых кошек. Стопы кольнуло, и Наруто дёрнулся, налетая боком на комод. Ему не хотелось верить, что Учиха всё-таки оставил его одного в этой странной квартире. От одной лишь этой мысли становилось как-то не по себе.

Подтянув съезжающий с плеч плед, парень двинулся дальше, боязливо заглядывая на кухню. Но и та оказалась пуста, хотя на холодильнике он заметил желтоватый листок, прикреплённый к нему магнитиком.

Узумаки подошёл к пожелтевшему от времени монстру и, стянув записку, сощурился:


- Я ушёл. Холодильник пуст. Жди, - удивлённо прочитал он и скомкал листик.


Саске действительно ушёл, не разбудив, чтобы предупредить. Это было вполне в духе Учихи, но всё равно под ложечкой неприятно засосало.

Оставаться в чужой квартире наедине со своими мыслями и с этой пылью совершенно не хотелось. Наруто, прижавшись лбом к двери холодильника, прикрыл глаза, пытаясь не вслушиваться в звенящую пустоту. Тихие шепотки, которые вполне могли принадлежать и соседям за стенами, едва слышный скрип…всё это давило на нервы, заставляя дышать чуть чаще, чем того требовал организм.

Съёжившись в своей тонкой скорлупе из пледа, Узумаки побрёл обратно в комнату, стараясь не смотреть по сторонам. Легче от этого не стало и пришлось ускориться, едва не срываясь на бег. Залетев в комнату, Наруто захлопнул за собой дверь, попятившись и рухнув на диван. Тот протяжно скрипнул, нехотя принимая своего неаккуратного постояльца.


- Только попробуй задержаться, - прошипел блондин, обхватывая себя руками и подтягивая колени ближе к груди.


Взгляд напряжённо уставился на дверь.

***

- Подсобным рабочим, говоришь? - прищурился кареглазый старик, пытливо вглядываясь в подошедшего к нему молодого человека. Он сразу не понравился Тазуне: слишком худой, слишком бледный, хмурый… Мужчина по своему опыту знал, что такие «работники» долго не держатся в коллективе.


- Да.


- И кем же? Точнее…


- У нас недавно мерчендайзер уволился, - задумчиво проговорил второй мужчина, который на вид был намного моложе старика.


- Ты куда сейчас послал? - хохотнул Тазуна.


- Грузчик, говорю, уволился, - хмуро пояснил Кайза. - Хороший мужик был, но пьющий. Ты, кстати, пьёшь?


Взгляды мужчин буквально приковало к новоприбывшему, словно бы ему предстояло ответить на самый важный вопрос, который способен стать решающим в его жизни.


- Пью, - равнодушно пожал плечами брюнет. - Иногда.


- Иногда и мы пьём, - хрипло хохотнул Кайза. - А работал кем?


- Это обязательно знать, чтобы взять меня грузчиком?


Мужчины переглянулись, и Тазуне каркнул:


- Да мне плевать, кем ты там работал. Если не сможешь поднять мешок цемента, так и закатаем.


- Ясно, - фыркнул парень. - Когда приступать?


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство