Читаем Пустошь (СИ) полностью

То странное ощущение, что пробило его по позвоночнику, вновь повторилось, а вкупе с сильными пальцами на плоти это стало просто невыносимо.

Саске прикрыл глаза, целуя приникшие к нему губы. Он растворялся в накатывающих ощущениях, совершенно забыв обо всём.


- Мммм, - простонал Наруто, зацепился пальцами за острые плечи, опускаясь полностью. Тело пробило болью смешанной с удовольствием. Он подался вперёд, раскачиваясь всё сильнее и сильнее. Он даже не заметил, как его, подхватив под спину, вновь наклонили назад, укладывая бёдрами на согнутые колени. Блондин успел лишь схватиться за бортики, опускаясь спиной на дно ванны.


Выплескавшаяся вода едва доставала до шеи, но ноги пришлось уложить на плечи Саске. Он обхватил их руками, вновь начиная двигаться быстрее, помогая Наруто рукой, обводя пальцем гладкую головку.

Узумаки задыхался от всего происходящего, сжимая бортики ванной до побелевших костяшек. Его ломало на части, разбивало осколками и ему было ясно: так долго он не выдержит.

Он слишком соскучился: по этим порывистым прикосновениям, по тихому дыханию рядом и по биению чужого сердца, которое можно ощущать сейчас всем телом.

Наруто скрутило подступающим оргазмом, он вцепился в предплечье Саске, притягивая его к себе ближе, ощущая лёгкий укус в бок коленки. Пришлось сильно зажмуриться, чтобы красные круги перекочевали с белого на чёрный фон. Рука на его плоти заскользила быстрее, сам брюнет начал двигаться порывисто, рвано и плохо контролируя темп от подгоняющей тяжести внизу живота.

Позвоночник Наруто выгнуло, кажется, до треска, на показавшийся над водой живот выплеснулось горячее и вязкое. Удовольствие скрутило его, выбивая из этой реальности.

Учиха пытался удержаться, ловя взглядом расслабленное лицо Наруто, его глаза, ставшие на миг ярко-голубыми, приоткрытые губы…

Руки сжали бёдра сильнее, придвигая тело к себе вплотную. Внутри запульсировало, и Саске ссутулился, шумно выдыхая. Тяжесть уходила, а вместо неё появлялась непривычная пустота внутри. Сердце, сделав один резкий удар, постепенно начало затихать, но гулом всё ещё било в висках и ушах.

Он обхватил плечи Узумаки руками, поднимая того и усаживая у себя на коленях, прижимая к себе всем телом и зарываясь лицом в мокрые светлые волосы. Они оба дрожали, дыша тяжело и быстро, будто бы никак не могли надышаться друг другом. Сцепливали пальцы в замок, чтобы не выпустить, чтобы не забрали.

Но оба понимали: всё это не может длиться вечно.

А руки можно и отрубить.

***

Старый диван удалось разложить только со второй попытки, когда, обозлившись, Саске попросту долбанул по спинке со всей своей злости. С постельным тут было туго, но удалось найти две подушки и одеяло, в том самом старом комоде, пол под которым так и остался усеянным мелкими осколками.

Перевязав рану Наруто, которую им чудом удалось не потревожить, Учиха рухнул на диван, чувствуя, как сознание начинает покидать его ещё в полёте, но всё же удержался в этом мире, чтобы проследить за тем, как Наруто закрывает дверь в спальню.


- Зачем? - спросил Саске, приподнимаясь на локте.


- Мне так спокойнее, - неловко пожал плечами Узумаки. После ванной его волосы, высохнув, топорщились в разные стороны, и выглядел он весьма забавно, если бы не бледность.


- Монстры не живут в темноте, - усмехнулся Учиха и был удостоен недовольного взгляда.


Наруто прекрасно знал, где живут их монстры. Внутри, за рёбрами, за черепной коробкой. Но…ему действительно не нравилось смотреть на зияющий темнотой проём двери.

Щёлкнув свет, он поспешил опуститься на диван, боязливо проводя рукой между его спинкой и подушками: пальцы наткнулись на пакетик, и Наруто успокоено выдохнул.


- Ложись.


Саске, дождавшись пока Узумаки опустится рядом с ним, накрыл их одеялом и обхватил блондина рукой.


========== Глава 11. Dark on me. ==========


Глава 11.

Dark on me.


«Light the night up,

You’re my dark star

And now you’re falling away


But I found in you

What was lost in me

In a world so cold and empty

I could lie awake

Just to watch you breathe

In the dead of night

You went dark on me.

Starset – Dark on Me.


«Освети тьму ночи,

Моя тёмная звезда,

Начавшая падать.


Я нашёл в тебе то,

Что потерял

В этом холодном и пустом мире.

Я готов не спать,

Лишь бы видеть, как ты дышишь.

И самой тёмной ночью

Ты отбросил на меня тень».


Хмурое небо нависало над головой серым покрывалом, сквозь разошедшиеся швы которого проглядывалось светло-янтарное. В воздухе зависла приятная прохлада, оседающая на волосах мелкими капельками тумана.

Саске, привалившись спиной к доске объявлений, бесцельно скользил взглядом по свёрнутой пополам газете. Затёртая сероватая бумага не радовала обилием предложенных вариантов, зато пестрела какой-то дешёвой рекламой никому не нужных окон и прочей ерунды для того склепа, который люди обустраивают всю свою жизнь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство