Читаем Пустой Трон полностью

Мне удалось подремать во время большей части проповеди Вульфхеда, а затем, после того как хор пропел нескончаемый псалом, Осферт и Финан помогли мне выйти из церкви, а мой сын принес Вздох Змея и костыли. Я преувеличивал свою слабость, опираясь в основном на плечи Финана и шаркая ногами. Главным образом это было притворством, но не совсем. Я устал от боли, устал от вонючего гноя, что сочился из раны. Несколько человек остановились, чтобы выразить свое сожаление по поводу моего внешнего вида, и некоторые симпатии были подлинными, но многие получали очевидное удовольствие от моей уязвимости. До ранения они боялись меня, теперь же могли спокойно презирать.

В известиях отца Пенды не было нужды, потому что Этельхельм ждал в большом зале, но я предполагал, что молодой священник хотел хоть как-то меня предупредить, а также показать, что он заработал золото, что я ему даю. Западно-саксонской олдермен был окружен людьми менее знатными, все они понимали, что реальная власть в этом зале принадлежит ему, потому что он говорил от имени Эдуарда Уэссекского, а без армии западных саксов не было бы никакой Мерсии. Я наблюдал за ним, удивляясь, почему он здесь. Это был крупный мужчина, широколицый, с редеющими волосами, улыбкой наготове и добрыми глазами, в которых мелькнуло удивление, когда он увидел меня. Этельхельм отодвинул человека, что с ним разговаривал, и поспешил в мою сторону.

- Мой дорогой лорд Утред, - произнес он.

- Лорд Этельхельм, - сказал я нарочито слабым и хриплым голосом.

- Мой дорогой лорд Утред, - произнес он снова, взяв одну из моих рук в свои. - Не могу выразить, что я чувствую! Скажи, что мы можем для тебя сделать? - он сжал мне руку. - Скажи мне! - призывал он.

- Можешь дать мне умереть спокойно.

- Уверен, у тебя впереди еще много лет жизни, - сказал он, - в отличие от моей дорогой жены.

Для меня это было новостью. Я знал, что Этельхельм был женат на бледном, тощем создании, что принесло ему половину Дефнаскира в качестве приданого. Каким-то образом она ухитрилась родить выводок жирных и здоровых младенцев. Чудо, что она протянула так долго.

- Мне очень жаль, - тихо произнес я.

- Бедняжка болеет. Чахнет, и конец уже не далеко. Он не выглядел сильно расстроенным, но я предполагал, что брак с похожей на привидение женой для Этельхельма являлся всего лишь способом заполучить земли. - Я женюсь снова, - сказал он, - и надеюсь, ты придешь на свадьбу!

- Если буду жив.

- Конечно будешь! Я помолюсь за тебя!

Ему следовало помолиться и за Этельреда. Хозяин Мерсии не присутствовал на церковной службе, но ждал на троне, стоящем на возвышении в западной части большого зала. Он развалился там, хлопая ничего не выражающими глазами, закутавшись в большую бобровую шубу. Рыжие волосы поседели, хотя большая их часть скрывалась под шерстяной шапкой, которая, как я полагал, скрывала полученную рану. Этельреда я не любил, но ощутил к нему жалость. Казалось, он почувствовал мой взгляд, потому что вздрогнул, поднял голову и посмотрел вглубь зала, туда, где я сидел на скамье. Мгновение он смотрел на меня, а потом прислонился головой к высокой спинке кресла. Его рот безвольно приоткрылся.

Епископ Вульфхед поднялся на возвышение. Я боялся, что он произнесет еще одну проповедь, но вместо этого он постучал по деревянному полу своим посохом, и когда в зале наступила тишина, довольствовался кратким благословением. Этельхельм, как я заметил, занял скромное место по одну сторону собравшихся, в то время как Эрдвульф встал у другой стены, а между ними на неудобных скамьях сидели важнейшие люди Мерсии. Стража Этельреда стояла вдоль стен - единственные, кому разрешалось носить в зале оружие. Мой сын проскользнул в дверь и присел рядом со мной.

- Мечи в безопасности, - пробормотал он.

- Ситрик там?

- Да.

Епископ Вульхерд говорил так тихо, что мне пришлось наклониться вперед, чтобы расслышать его слова, а наклон причинял мне боль. Я терпел ее, чтобы слушать. Лорду Этельреду приятно, сказал епископ, видеть королевство Мерсии в безопасности и большего размера, чем оно было в течение многих лет.

- Мы добыли землю силой наших мечей, - сказал Вульфхед, - и по милости Божией мы очистили от язычников поля, что пахали наши предки. Мы благодарим Бога за это!

- Аминь, - громко вставил лорд Этельхельм.

- Мы обязаны этим счастьем, - продолжал Вульфхед, - победе, одержанной в прошлом году нашим лордом Этельредом с помощью своих верных союзников - западных саксов, - он указал на Этельхельма, и зал наполнился одобрительным топотом сидящих.

Ублюдок, подумал я. Этельред был ранен со спины, а битву выиграли мои люди, а не его.

Епископ подождал тишины.

- Мы приобрели земли, - продолжил он, - тучные земли, и лорду Этельреду угодно предоставить эти земли тем, кто сражался за него в прошлом году, - и епископ указал на стол в сторонке, где два священника сидели за кучей документов. Взятка была очевидна. Поддержи того, кого бы ни предложил Этельред, и можешь рассчитывать на земли в подарок.

- Для меня там ничего не будет, - прорычал я.