Читаем Пустой Трон полностью

Они обернулись в мою сторону. Каждый знал, что должно произойти, несомненно, Этельхельм и епископ боялись, что это случится, и именно поэтому надеялись заткнуть мне рот лестью. Теперь они знали, что лесть не удалась, потому что я собирался протестовать. Я собирался возразить, что Этельфлед должна иметь право голоса в судьбе дочери. Я собирался оспаривать решение Этельреда и Этельхельма, и теперь они молча ждали этого вызова. Этельред уставился на меня, как и Этельхельм. У епископа отвисла челюсть.

Но к их облегчению, я ничего не сказал.

А просто упал на пол.

Поднялась суматоха. Я трясся и стонал. Олдермены подбежали и встали на колени рядом со мной, а Финан рявкнул им, чтобы очистили пространство. Он также крикнул сыну, чтобы тот подошел ко мне, но Утред убежал выполнять моё распоряжение. Отец Пенда пробился сквозь толпу и, увидев меня упавшим, громко объявил это праведным судом Божьим, так что даже епископ Вульфхед нахмурился:

- Замолчи!

- Язычник поражен, - сказал отец Пенда, очень стараясь заработать свое золото.

- Господин? Господин! - Финан растирал мне правую руку.

- Меч, - потребовал я слабым голосом, а потом громче, - меч!

- Только не в зале, - настаивал какой-то глупец.

- Никаких мечей в зале, - твердо сказал Эрдвульф.

Поэтому Финан и еще четверо других вынесли меня на улицу и положили на траву. Падал мелкий дождь, когда Ситрик принес Вздох Змея и сомкнул мою правую руку на его рукояти.

- Язычество! - прошипел отец Пенда.

- Он жив? - спросил епископ, наклонившись, чтобы взглянуть на меня.

- Ненадолго, - ответил Финан.

- Отнесите его под крышу, - попросил епископ

- Домой, - прошептал я, - заберите меня домой. Финан, забери меня домой.

- Я отвезу тебя домой, господин.

Протиснулся Этельхельм, раздвинув толпу, как бык расталкивает овец.

- Лорд Утред! - воскликнул он, опустившись на колени подле меня. - Что случилось?

- Он не слышит тебя, господин, - Осферт перекрестился.

- Слышу. Отвезите меня домой.

- Домой? - переспросил Этельхельм встревоженно.

- Домой, в холмы. Я хочу умереть среди холмов.

- Неподалеку есть женский монастырь, - Этельхельм держал мою правую руку, сжимая мою ладонь на Вздохе Змея. - Там они совершат по тебе богослужение, лорд Утред.

- Холмы, еле слышно произнес я, - просто отвезите меня в холмы.

- Языческая чепуха, - насмешливо произнес отец Пенда.

- Если лорд Утред хочет отправится в холмы, - твердо сказал Этельхельм, - то он должен отправиться туда! Люди перешептывались, глядя на меня. Моя смерть лишала Этельфлед самого сильного сторонника, и, несомненно, им было интересно, что станет с ее и моими землям, когда Эрдвульф окажется хозяином Мерсии. Дождь усилился, и я застонал. Это было вовсе не притворство.

- Вы простудитесь, господин епископ, - произнес отец Пенда.

- И у нас еще есть, что обсудить, - сказал Вульфхед, выпрямляясь. - Пришли нам весточку, - велел он Финану.

- Это Божье провидение, - настаивал Пенда, когда они уходили.

- Так и есть, несомненно, - мрачно отозвался Вульфхед. - И пусть это послужит уроком всем язычникам. Он перекрестился и пошел следом за Пендой в зал.

- Ты дашь нам знать, что произойдет? - попросил Этельхельм Финана.

- Конечно, господин. Помолитесь за него.

- Со всем пылом.

Я подождал, чтобы удостовериться, что все участники витана попрятались от дождя, и посмотрел на Финана.

- Утред пригонит телегу, - сказал я. - Погрузи меня в неё. Тогда мы отправимся на восток, все мы. Ситрик?

- Господин?

- Найди наших людей. Посмотри в тавернах, пусть будут готовы выступать. Иди!

- Господин? - спросил Финан, пораженный моей внезапной энергичностью.

- Я умираю, - пояснил я и подмигнул ему.

- В самом деле?

- Надеюсь, что нет, но скажи людям, что умираю.

Потребовалось какое-то время, но в конце концов мой сын пригнал телегу, запряженную двумя лошадьми, и меня положили на влажную подстилку из соломы. Я взял с собой в Глевекестр большую часть своих воинов, и теперь они ехали спереди, сзади и рядом с телегой, пока мы кружили по улицам. Народ снимал шапки, когда мы проезжали мимо. Каким-то образом весть о моей скорой кончине распространилась по городу, и люди высыпали из лавок и домов, чтобы посмотреть, как я проезжаю. Священники осеняли себя крестом, когда телега катилась мимо.

Я боялся, что было уже слишком поздно. Мой сын, присоединившийся к Пенде, чтобы отлить у церковной стены, услышал от священника настоящие новости. Этельхельм послал людей в Сирренсестр.

Мне следовало догадаться.

Так вот почему я был приглашен на витан - не потому, что Этельред с Этельхельмом хотели убедить Мерсию, что кто-то высказался в поддержку Этельфлед, а чтобы вытащить меня из Сирренсестра, или, скорее, моих воинов, потому что в Сирренсестре было нечто, что Этельхельм отчаянно хотел заполучить.

Ему нужен был Этельстан.