Читаем Псы Господа полностью

Он быстро скрылся в густом подлеске, окружавшем дорогу. Светлов присел на трухлявый ствол. В принципе завтрашнего дня должно хватить на всё. И господина Новацкого найти, и к озеру сходить. И с местными потолковать. Мёртвое, значит, озеро… Безрыбное…

Интересно, удастся связаться из Беленькой с Конторой? Сотовый вышел из зоны приёма примерно на половине пути из Плюссы в Щелицы.

Персик вчера включить не удалось. Не до того было после возвращения с прогулки… Работает ли мобильный выход в Интернет — неизвестно.

Светлов прихлопнул комара — отчего-то репеллент из Трёх Китов плохо отпугивал крылатых и кровососущих обитателей псковских болот.

Пётр не появлялся. Светлов сделал скидку на то, что его извозчик и проводник решил облегчиться по полной программе — дабы не ходить дважды. Потом накинул несколько минут на проблемы с кишечником, отравленным суррогатным спиртом… И ещё несколько — на перекур после завершения столь масштабного предприятия…

Ожидание поначалу раздражало, но после получасового отсутствия Петра начало тревожить… Может, он там присел на мягкую кочку и задремал невзначай?

Светлов встал и крикнул, приставив рупором ладони ко рту:

— Эге-ге-гей!!! Пётр-о-о-о!

Кузнечики вокруг стрекотали как безумные — не иначе как жаркое летнее солнце напекло им головы… Никакого иного ответа на демарш господина суб-аналитика не последовало. Затем где-то неподалёку закуковала кукушка.

Светлов огляделся, крикнул ещё раз — результат тот же. Нулевой…

Может, довелось столкнуться с местным приколом? С незамысловатой деревенской шуткой? Пётр сидит в кустах и тихонько давится от смеха, слушая, как пассажир дерёт глотку…

— Кончай придуриваться! Ты где?! — крикнул Александр без особой надежды.

Единственный результат — умолкла кукушка. Кузнечики замерли на миг, но потом снова беспечно застрекотали.

Он взглянул на «Яву». Ключи остались на своём законном месте… Не похоже на прикол… В такой ситуации пассажир может ведь и ответно приколоться: заведёт мотоцикл да и укатит, выбирайся потом, как знаешь…

Они возились с тяжёлым бревном… Жара… Может, Петра удар хватил по изнурённому алкоголем организму? Вот ведь чертовщина…

— Понос у тебя, что ли? — ещё раз крикнул Светлов, направляясь в ту же сторону, что и Пётр. Пара растоптанных мухоморов указала ему дорогу. Но в лесу следы исчезли, и Светлов завертел головой, пытаясь сообразить, где мог пристроиться Пётр.

— Эй! Ты где? — крикнул он на всякий случай. Не хотелось всё же застать мужика со спущенными штанами.

Мужика не было. Ни в штанах, ни без таковых… Ни здесь, ни в радиусе двадцати метров, тридцати, сорока… — Светлов начал двигаться по кругу с медленно расширяющимся радиусом.

Никого…

Версия с сердечный приступом, пожалуй, отпадает — какой резон угодившему в такую ситуацию человеку уходить (а то и отползать) от мотоцикла и дороги?

Не волк же его съел, чёрт возьми?!

Светлов вернулся к мотоциклу. Оставалась всё же надежда, что Пётр ждёт его там, радостно ухмыляясь удачной шутке.

Не ждал… Не ухмылялся…

Ситуация непонятная. И неприятная.

Он напрягся, вспоминая, не слышалось ли в последние полчаса что-либо подозрительное? Да нет, ничего, способного объяснить бесследное исчезновение здорового мужика… О наличии в здешних лесах волков, медведей и прочих крупных хищников Светлов не имел понятия. Но сильно сомневался, что означенные хищники способны сожрать человека бесшумно и бесследно.

Вот вам, господин суб-аналитик, ситуация. Анализируйте.

Результаты анализа не порадовали. На свет родилась единственная хиленькая версия: Пётр заблудился. Отошёл далеко, потерял из виду дорогу, перепутал направление и двинулся затем в другую сторону, уходя всё дальше…

Надо искать, решил Светлов с тоскливым предчувствием тщетности поисков.

Искал он добросовестно. Кричал, звал. Возвращался к мотоциклу, сигналил, снова уходил в лес.

Безрезультатно…

Не тайга вокруг, в конце концов. И не амазонская сельва. Поросшие лесом гривы перемежаются с болотными топями — ну никак не мог местный житель так долго плутать на ограниченном пространстве…

Последним вариантом, хоть как-то объясняющим происшествие, оставалось падение в овраг или лесную яму — падение, после которого Пётр мог подвернуть ногу или потерять сознание. Но слишком уж много тогда совпадений в одной точке пространства-времени: и заплутать в трёх соснах, отойдя по малой нужде, и уйти за пределы слышимости, и умудриться там, вдалеке, потерять способность к передвижению… Не бывает.

Выдвинуть в качестве версии похищение или иное проявление чужой враждебной воли Светлов не пытался. Кто, скажите на милость, мог похитить деревенского шофёра-алкоголика? Зелёненькие человечки на летающей тарелочке? Бред…

Он взглянул на запястье. Два часа… Выехали они в начале десятого… Выбор встаёт простой: или продолжать бесплодные поиски, или выполнять-таки задание… А если вдруг таинственная дематериализация Петра имеет самое прямое отношение к упомянутому заданию? Не молодая девушка пропала, но мало ли…

Есть над чем поразмыслить.