Кассирша оглядела Александра оценивающим взглядом. Он заподозрил, что сейчас она предложит несколько более или менее интересных вариантов препровождения времени. Интересных для неё. Но у Светлова были другие планы.

Рассудил он логично: раз не так давно автобус в Щелицы ходил, то кто-то ведь на нём ездил? И, надо думать, после отмены маршрута тоже как-то ездит, не пешком же добирается…

Он вышел на пыльную площадь перед автовокзалом, поболтался среди пассажиров, поджидающих свои автобусы. Поговорил с одним, вторым, третьим…

Никто ничего не знал.

Частников, предлагающих свои услуги, не обнаружилось.

Где можно поймать попутку в эту глухую дыру, Александр не имел понятия…

Он не отступился, продолжил расспросы — и удача ему улыбнулась: словоохотливая бабулька исчерпывающе объяснила ситуацию. В Щелицы, дескать, автобус нынче и впрямь не ходит. Но попасть туда всё-таки можно, причём, что характерно, на автобусе же. Есть такой маршрут, раз в день — объезжает по кругу самые дальние деревушки района. В Щелицы заезжать не должен, хоть и недалеко они. Да только шофёр-то на маршруте тамошний, щелицкий — ночевать домой ездит. Приплатить ему чуток сверх билета — и всё в порядке.

И обрадованный Светлов спустя два часа стал пассажиром этой груды металлолома, гордо именуемой автобусом. А затем ещё почти пять часов совершал унылый вояж по району. Результат: день клонится к вечеру, а он ещё ничего не сделал, даже не добрался до места назначения…

2

Наконец водитель заглянул в почти опустевший салон:

— Ну, кто до Щелиц — по пятёрке с носа!

И выразительно посмотрел на Светлова. Тот потянулся за бумажником. Две женщины средних лет, похоже, хорошо знали заведённый порядок — и загодя приготовили плату. Иных желающих не нашлось.

Коли уж встретились на пути две аборигенки — грех их не расспросить.

— Извините, — обратился к ним Александр. — Вы сами-то щелицкие?

Женщины переглянулись. Затем так же молча кивнули — абсолютно синхронно.

— Скажите, а с Казимиром Петровичем вы знакомы?

Фамилию Светлов не назвал специально. С одной стороны, имя Казимир для здешних мест редкое. С другой стороны — меньше официальности, меньше опасений, что собеседницы что-то заподозрят и замкнутся.

Женщины вновь переглянулись. Но ответить — или хотя бы кивнуть — не спешили. Пауза затягивалась.

Светлов с тоской понял, что у него не заготовлен ответ на элементарный вопрос: а зачем, собственно, он ищет Новацкого? Понадеялся на суггестию, не подготовил толком легенду… А поможет ли здесь внушение? Обстановка далека от тепличных условий тренировки: автобус трясётся и подпрыгивает, ревущее радио частично заглушает слова, собеседницы отчего-то насторожены… И нет рядом инструктора, всегда готового помочь.

Одна из женщин, не иначе как закончив перебирать в памяти бесконечный список своих знакомых, соизволила-таки ответить. Ответ был короток и туманен:

— Ну-у…

Трактовать его можно было двояко. Либо «Ну чё привязался?!», либо «Ну, знакома вроде…»

Светлов предпочёл второй вариант. Обрадовано улыбнулся, достал и раскрыл записную книжку.

— А я вот в гости к нему наконец собрался. Смотрю — адрес не полностью записан: Плюсский район, деревня Щелицы. Ни улицы, ни дома… Может, вы подскажите?

Лица женщин немного расслабились. Но лишь немного. Словно самые чёрные их догадки в отношении Светлова не оправдались, однако всё равно он оставался личностью насквозь подозрительной.

Но ответ прозвучал уже более обстоятельный:

— Так в Щелицах улица одна и есть. Дорога идёт сквозь их — вот те и улица. А нумеров на домах отродясь там не было…

И ни слова про Новацкого.

— У-у-у… Как же Казимира Петровича тогда отыскать? Поможете?

— А никак. Не живёт он летом-то в Щелицах. Сколько уж годков зимует тока…

Светлову не составило ни малейшего труда изобразить, как он разочарован таким известием… Он и в самом деле был разочарован, даже разозлён. Что он напишет в отчёте? Скорбную повесть о том, как мыкался на автовокзале и пять часов трясся по здешним ухабам? И приложит снимки с пейзажами окрестных озёр — дескать, подозреваю, что тут-то и водятся русалки?

— А может, вы знаете, где он сейчас? — схватился он за последнюю надежду, как утопающий за соломинку. И добавил-таки лёгкий, осторожный посыл:

— Расскажите мне!

Не сработало… Тётка помотала головой и сжала губы плотно-плотно, всем видом показывая, что будет держать их таком положении до Судного дня. Или по меньшей мере до приезда в Щелицы.

Александр посмотрел на её попутчицу. Ту, похоже, зацепило… Легонько, ни о каком контроле над сознанием речь не шла. Просто возникло неосознанное желание помочь симпатичному парню — как у чиновниц в пенсионном фонде и налоговой инспекции, как у преподавателей в университете…

Женщина зачем-то оглянулась, хотя в салоне никого больше не было. Перегнулось к Светлову через разделявшую их спинку сиденья, сказала негромко:

— Болтают, чё в Заянье он летует… Но ты не слушай, коли и вправду Петрович в гости звал — в Беленькой его ищи, недалече это, кто-нить да подбросит из щелицких…