Он такой же, как ты и я, например,

Работящий, простой человек из массы,

А то, что жена у него миллиардер,

Так она делает красивые тазики из пластмассы.

И пока жена занята производством тазиков,

А ей завидуют разные гады,

Супруг защищает нас от пидарасиков,

Не разрешая в Москве гей-парады.

Хотите тоже миллиардершу-жену?

Рветесь из грязи в князи вы?

Так не считайте чужую казну,

А заставьте свою жену делать тазики!

Он приобщал нас к благам цивилизации,

Был дипломатом, строителем, пасечником,

А его обзывают за это Кацем

Всякие озлобленные неудачники.

Они хотят остановить прогресс,

Чтобы по Москве маршировали горластые пидарасы,

Чтобы шумел сурово дремучий Химкинский лес,

А не прямая, как стрела, автомобильная трасса.

Он руководил сложнейшим городским организмом,

Москва колосилась как щедрая нива.

Он боролся с гомосексуализмом, антисемитизмом и алкоголизмом

И устраивал в Лужниках праздники пива.

Он не оставлял всех нас своею заботой,

Он воздвигал великолепные храмы,

Давал пенсионерам всевозможные льготы

И украсил город наружной рекламой.

Он уберег нас от «оранжевой революции»,

А ведь не было страшнее беды.

А его обвиняют в какой-то несчастной коррупции

И в каком-то жалком давлении на суды.

Вызывает он реакцию истерическую,

Что точечной застройкой центра ползучей

Он уничтожает памятники исторические,

А он на их месте строит новые, гораздо лучше.

Язык без костей, как гласит пословица,

Уже до того доклеветались уроды,

Что он на реставрацию великой скульптуры «Рабочий и колхозница»

Потратил больше, чем американцы на статую своей лицемерной «Свободы».

Да, если бы жил я в полной разрухе,

Если б глотал только хлеб да воду,

Я б хлеб и воду отдал на скульптуру Мухиной

И ни хера на их в кавычках «Свободу»!

Все на Лужкова хотят повесить —

Взятки и ментовской произвол,

И что в страшное лето–2010

Он спасал от отравления пчел.

Повсюду пылали деревни и села,

В офисах не хватало кондиционеров,

Но не они, а сраные пчелы

Занимали вниманье московского мэра.

А что, по-вашему, было делать надо?

Москвичей, что-ли, эвакуировать заодно?

Да в москвичах больше, чем в пчелах, яда,

Но пчелы вырабатывают мед, а москвичи одно лишь гавно.

И уж совсем отдельная тема,

Что ожидает Лужкова расплата

За то, что пытался вбить клин в щель тандема

Или, напротив, дуумвирата.

Что ж если б я был дуумвиратом,

Я бы тоже обиделся, блин,

Если б какой-то ассенизатор

Попытался вбить в меня клин.

Но не пытался вбивать он клина!

Он же не плотник, а все-таки мэр.

Он исключительно умный мужчина,

И жена у него миллиардер!

Ю. М. Лужков ни в чем не виноват!

Взывают москвичи в моем лице —

Он нам построил ХХС и МКАД,

«Он взял Париж, он основал лицей».

Цыганочка

21 сентября 2010

Спой ты песню мне, цыган,

Спой, черноголовый мой,

Как из Франции ажаны

Отправляли вас домой.

Оборвался звон гитары,

Не горят костров огни,

Уходил печальный табор

Из района Бобиньи.

Гнали вас по автобанам,

А вокруг царил расизм,

Не забыть вовек цыганам

Лицемерья Саркози.

Так и гнали — как баранов —

Сквозь туннели и мосты,

Их французские ажаны,

А по-нашему — менты.

Шли, прося на хлеб и воду,

Сгорбившись под тяжким грузом.

Депортировать народы

Так привычно для французов.

Против этого демарша

Выступила за цыган

Только еврокомиссарша,

Только Рединг Вивиан.

Пой, гитара, с укоризной

Про прохвоста Саркози,

Он мультикультурализма

Утопил мечты в грязи.

Ближе им своя рубашка,

Для них люди как трава,

Ксенофобские замашки

У французских буржуа.

Их нисколько не волнует,

Что в отсутствие цыган

Эсмеральда не станцует

У собора Нотр-Дам.

Чистоту блюдя сортиров,

Содержимое карманов,

Отправляют в край вампиров

Толпы буйные цыганов.

Подрывают тем они

Толерантности основы.

Жомини да Жомини!

А об водке — ни полслова!

Прочь, проклятое унынье,

Гряньте, струны золотые,

На хер вам страна Румыния,

Приезжайте к нам в Россию.

Тут у нас такое поле,

Тут у нас такие реки,

Скачут здесь, как конь на воле,

Русские всечеловеки.

Всем на жительство есть виды,

Нет у нас двойных стандартов,

Принимаем мы езидов,

Ассирийцев, курдов, татов.

Мы в России гуманисты,

Толерантность — наше знамя,

Всевозможные меньшинства

Неспроста ведь правят нами.

Люди всех ориентаций

Проживают дружно рядом,

Ну, а жертвам депортаций

Платим мы оброк изрядный.

За столом у нас не лишний,

Да еще такой фартовый,

Пой, гуляй, цыган парижский.

Эй, ходи, черноголовый!

У нас тоже есть проблемы,

Скажем, ранен Дед Хасан,

Но уж он-то, несомненно,

Был езид, а не цыган.

И пускай мусью французский

Пялится на свой канкан,

Мы, сыны культуры русской,

С детства влюблены в цыган.

Я последнюю рубашку

Сам отдам для вас, гонимых,

Вы ж у нас играли Яшку

В фильме про Неуловимых.

Вашу удаль, вашу волю,

Ваши странствия без цели

Пушкин, Лермонтов, Григорьев

В хрестоматиях воспели.

Приезжайте к нам, цыгане,

Становитесь на постой.

Ездил слушать вас по пьяни

Наш великий Лев Толстой.

Приезжайте без волненья,

Не страшна нам грязь в сортирах,

Мы писали сочиненья

«Образ пушкинской Земфиры».

Там сворачивать палатки

Вам велит какой-то хрен,

А у нас на Ленинградке

Есть для вас театр «Ромен».

Ждет вас сцена, а не нары,

Ждет вас слава, а не стыд.

Соколовская гитара

До сих пор в ушах звенит.

Город Солнца

27 сентября 2010

В перешитом пальтишке,