Читаем Психолавка полностью

Джон чувствовал, что летит. Ног не было, они превратились в великую Миссури, и ей было невдомек, что над ней летит человек. Вдруг Джон оказался рядом с Кларком и Друйярдом, они вытаскивали из реки чудовищного сома. Способная проглотить ребенка тварь была шести футов длиной, ее усы висели, как плети. Кольтер теперь плыл в глубоком чистом потоке собственного сознания, бодрствующий, но вроде как неживой. Он чувствовал и реку, и миссурийского сома, слышал звонкий смех манданских дьяволят. Маленькие красные чертенята жили в огромных муравейниках за деревней. Он видел их, вспоминая зимние рассказы о том, что они вытворяют с пленниками. Хихикая прямо в уши, они щипали его острыми коготками и колотили по затылку боевыми палицами.

Джон прыснул со смеху. Теперь ясно, почему пришли демоны. Это то самое сумасшедшее место, названное его именем. Кольтеров Ад. Багряное гиблое место. Зияющие внутренности земли, тошнотворная паровая машина, адская отдушина – лучше бы ему не открывать его. Только племя безумных индейцев могло жить там, индейцы-собаки, которые ползали на корточках среди дымных теней, выкапывали коренья и жарили их на горячих камнях. Кольтер пошел за муравьиные кучи, невзирая на просьбы манданов и вопреки желаниям кроу, и очутился в багряном гиблом месте, встретив там индейцев-собак, пригласивших его разделить с ними трапезу из горьких клубней и погрузиться в их кипящие купальни.

В этот миг он проснулся и обнаружил, что лежит на спине, бешено извиваясь. Его преследователи, все трое, окружили его, застыв в изумлении. Несколько секунд он выплывал из сна и все еще видел багровый пар и алых туманных призраков, пока холодная ясность рассудка не обрушилась на него. Скрюченными пальцами он принялся сдирать с себя клочья смертоносного сна. Оттолкнувшись локтями, Джон сел. Ладони нащупали травянистую почву развилки Джефферсона. Взглянув вверх, он увидел стайку черных птиц с красными крыльями, щебечущих в залитой солнцем кроне тополей.

«Боже правый, – подумал он, – я все же добежал». Когда расплывчатые края смертного сна исчезли окончательно, Кольтер вернулся в реальный мир и обнаружил воинов-волков, которые молча ждали, наблюдая. Их ножи сверкали на солнце, воздух полнился их тяжелым дыханием. Кольтер пошарил в жухлой траве в поисках хотя бы камня. Ничего. Джон загреб две пригоршни сухой серой травы. Воины, решив, что он хочет бросить что-то, немного отступили. Кольтер расхохотался в ответ, плюнул кровью в волка-лидера, подкинул в небо пригоршни заиндевевшей травы и станцевал танец, которому его научили демоны, хмельной пируэт, ломкий и почти нечеловеческий, словно кривлянье лунатика. Кровавые брызги взметнулись в воздух, и черноногие отпрыгнули еще дальше, рассекая воздух ножами.

Закончив последний неимоверный пируэт, Кольтер внезапно встал прямо. Слабая улыбка изогнула запекшиеся кровью губы. Он сдвинул ноги вместе, протянул вперед ладони и изобразил приветственный жест кроу.

Черноногие переглянулись и опять шагнули назад, колеблясь. Это не их добыча, говорили глаза индейцев. Он безумен и нуждается в знахаре. Он истощил себя бегом, убил собственную голову. Безумный бегун стал безумным призраком, ходячим мертвецом.

И они еще раз шагнули назад.

Кольтер наступал на них, повторяя приветственный жест. Земля задрожала от топота приближающегося племени. Небо пожелтело от пыли, взбиваемой множеством ног. Бешеное месиво ног и пыли было уже ярдах в трехстах.

Кольтер снова взвился в небо, как горный козел, ударив ногой об ногу. Трое черноногих отпрянули, торопясь освободить дорогу безумному. Выйдя из исступленного пируэта, Кольтер оттолкнулся согнутыми ногами и рванулся к песчаному берегу. Река была всего в нескольких футах. Джон разрезал телом золотое покрывало опавших листьев и исчез.

Стрелой он пронзил зеленоватый сумрак. Ледяная осенняя вода огнем обожгла кожу, но он не чувствовал холода, мощно загребая руками.

В тот момент когда он пробил поверхность реки, трое черноногих подбежали к берегу. За те несколько минут, пока они шарили в воде в поисках Кольтера, один за другим подтянулись остальные, с трудом переводя дух. Вслед за тяжелым дыханием и хриплыми криками самых торопливых на берегу медленного потока собралось все племя.

А в это время в сотне ярдов вниз по течению Кольтер набрал полную грудь воздуха и снова нырнул. Он прекрасно чувствовал реку, зная, где дно плоское, где поток скачет по порогам, а где закручивается вокруг топляков и бобровых плотин. Подобно тени, скользил он над песчаным дном. Мальки, быстрые, как стрелы, прыскали прочь при его приближении, большие сонные сомы удивленно уступали ему дорогу.

Река была для него открытой книгой. Здесь поток раздваивался, обвиваясь вокруг коряги. Там закручивался лабиринтом мраморных струй. Здесь дно было коричневое, там серое или рыжеватое от песка. Через некоторое время берега раздвинулись и поток полился свободно, и водоросли развевались, словно женские волосы на ветру.