Читаем Пророчество Сингамара полностью

Пронт еще не видел, чтобы орки выглядели настолько миролюбиво. Холдак умел растрогать. Что уж говорить, если Лидания по окончании песни тихонько ревела, уперев голову себе в колени.

На другой день Заврос сделал то, что повергло Пронта едва ли не в беспамятство. Орк впервые попросил лично его постоять на рулевом весле. Ответ на ошарашенный взгляд пришел мгновенно. Орки ужасно себя чувствовали еще с прошлого вечера. У них появилась чесотка и жжение в легких.

Но самое интересное то, что никто не мог понять причины. Даже Тинорт, сколько ни старался проявить чудеса шаманов, так и не смог привести орков в чувство. Сам гном, что тоже удивительно, был в полном порядке. Он сослался на врожденную выносливость их маленького народа. Не такую, как у дварфов, конечно, но многие болезни их обходят стороной. А почему люди не ощущали это недомогание?

Удерживать руль оказалось не намного легче, чем грести на веслах. Рулевое весло постоянно трепыхалось в руках, реагируя на течение воды. И течение постоянно стремилось утянуть судно в центр реки, где вода несется куда быстрее. Потому уже через пару часов его руки ужасно ныли и, казалось, отнялись совсем.

Его сменил Лосет перед обедом. Обедали снова рыбой. Пусть она уже не лезла в глотку, потому что до ужаса надоела, но выбирать не приходилось. Зато они были уже в двух днях от истока реки. Потому все молча давились опостылевшей рыбой и гребли дальше.

Прогуливаясь по кораблю, Пронт наткнулся на того, про кого совсем забыл за последние пару дней. Снатог! Только с таким видом, что утопленники, смотрящие на него со дна реки, явно осознавали, насколько их нынешнее положение превосходит положение капитана. Пронт вздрогнул, вспомнив, что нежить и правда может жить и жить неплохо, при большом старании. Потому что те ребята из гробницы не жаловались на жизнь.

– А ты чего такой кислый? – с нарочной бодростью в голосе хлопнул Пронт друга по плечу. – Случилось чего? Чего-то тебя, к слову, не видно на корабле, а он не такой уж большой, где пропадаешь?

– А, – оглянулся Снатог на Пронта, – это ты. Да все в порядке, просто задумался.

Судя по голосу, задумался Снатог всерьез, как бы странно это ни звучало. Обычно он не утруждал себя мыслями. Пронт проследил за тем, куда смотрит это задумчивое создание. Капитан смотрел куда-то за нос корабля.

– Тоскуешь? – понимающе спросил Пронт.

– Ага, – кивнул Снатог.

– Не стоит переживать, Снатог. С ней Дреол и друиды. Уж они-то ее в обиду не дадут. Сделают все, что могут, чтобы выковырять демонов из ее головы.

Пронт нарочно не сказал имя своей возлюбленной, хотя это именно она являлась Юноре в кошмарах и мучила волшебницу, заставляя переметнуться к алькам.

Судя по всему, Снатог не собирался его упрекать в том, что он не уберег свою зазнобу, а теперь она стравливает Юнору. Он лишь тихо вздохнул, глядя на Пронта такими глазами, словно Юнора уже была с Ними, и он отлично понимал переживания Пронта об Амазире.

– Спасибо, – не отрываясь от виднокрая, кивнул капитан. – Просто соскучился, наверное.

Снатог пытался пожать плечами как можно будничнее, но вышло так, словно это были судороги от рыдания. Пронт приобнял его за плечо, смачно похлопав по нему ладонью.

– Все будет отлично, Снатог. Осталось всего ничего, пара дней.

– Скорее бы, – вновь вздохнул Снатог.

– Пошли. Перекусим да пообщаемся в кругу друзей, полегчает.

– Идем, – словно сонный, выговорил Снатог.

Они, наконец, высадились на берег через день. Сходу оседлав единорогов и львов, они сорвались на северо-запад. Разумеется, сразу гнать животных никто не стал. Они держались на шатающихся ногах едва ли лучше людей, а вот орки проявили недюжинную сноровку в мореходстве. Хоть и были все еще слабее мухи.

«Ничего», – приговаривал Пронт: – «Отправим вас к нашим друидам, вмиг вылечат». Вот только договорить эту фразу в очередной раз ему не дали. В плечо Келота ударила стрела. Бугай заорал, скорее от злости, нежели от боли. Он выхватил свою дубину левой, не раненой рукой, и стал яростно озираться по сторонам.

Орки первыми обнаружили врага, отправив львов наперерез. Демоны, верхом на тех самых кошмарных лошадях, что носили пламя вместо грив, а морды имели настолько ужасные, что единороги сразу опустили головы, угрожающе выставив длинные рога.

Демоны неслись наперерез их отряду чуть восточнее. Явно патрулировали побережье. Меньше десятка, как насчитал Пронт. Люди сворачивали единорогов вслед оркам. Лосет уже успел выпустить половину колчана. Четверо демонов свесились с единорогов безвольными мешками. Холдак вовсю поддерживал его. Птирад терзал одного демона острыми когтями, держа его в воздухе и разбрызгивая вокруг горячую кровь. Клордаст, не двигая телом, одной рукой рубанул ближайшего демона своим огромным топором. А топор, и правда, огромный, чтобы в недомогании махать им одной рукой. С ужасного черного коня слетела только половина демона, перерубленного от плеча до поясницы. Лев Клордаста ловко извернулся от крови демона, что тут же обратила сочный сугроб в обугленное пятно.