Читаем Пролог полностью

- Слышали, слышали – я ж был везде, я ж все знаю… - Майкл иронично улыбнулся. Он всегда хотел

чем-нибудь выделиться, подчеркнуть свою непохожесть, все время выдумывал какие-то новые

словечки и при этом жил с четкими пацанскими практически понятиями, что такое хорошо и что

такое плохо. Например, нормальный мужик должен заниматься делом, зарабатывать деньги,

выпивать когда плохо, разводиться не должен и так далее. Эта нехитрая система координат весьма

помогала ему строить свою жизнь.

- Давай уже…

Приятели с удовольствием повспомнинали разные занимательные истории, связанные с

алкоголем. Они учились на параллельных курсах в универе, Федор на историческом, Михаил на

физтехе; потом долго работали в одной фирме, за это время сдружились, вместе ухаживали за

43

©

конторскими красавицами. И уволились один за другим, хотя и по разным причинам. У Майкла на

рабочем месте случилась романтическая история, от которой он предпочел сбежать; от чего убежал

Федор, никто не понял.

Пришли они в скромное рекламное агентство с бессмысленным названием «Визави» вместе,

в неправдоподобном уже 97 году. Студенты-выпускники, совсем еще зеленые, они тут узнали вкус

денег, долгое время были совершенно удовлетворены бонусами и процентами, которые им

платились. Майкл, в принципе, и не собирался никуда уходить, а у Федора родное предприятие, выросшее к тому моменту до серьезных в городских пределах оборотов, стало вызывать

болезненное раздражение.

Однажды он позвонил Майклу, чтобы поделиться мыслью, родившейся у него накануне в

кино. Обычный вроде был боевик-антиутопия, весьма средненький, разве что Скарлетт Йоханссон

была сногсшибательно хороша. Как всегда. Но шел фильмец с успехом, Майкл его и

порекомендовал.

- Знаешь, я сидел и думал: «На новую «Импрезу» в нашей конторе, конечно, заработать можно. А

вот на катер, какой там показывали, уже не получится»…

Он еще хотел добавить, что и такой женщины, как обворожительная Йоханссон, сидя в их

офисе, тоже не встретишь, но Настя была рядом, и об этом Федор не сказал.

Через два месяца он полетел в Софию. После странной той поездки, ничем к слову не

закончившейся, Федор все лето еще заставлял себя приезжать к новенькому, только что

отремонтированному зданию фирмы, которым так гордился их босс. Никакого удовольствия, как

раньше, от своей работы он не получал. Сбор рекламы ему виделся банальным разводом людей на

бабки, немного успокаивало только, что и люди попадались все больше не самые симпатичные.

Ощущение бесцельности и бессмысленности собственной деятельности отравляло его

существование.

Настроения свои он особенно не скрывал. В итоге, после очередной стычки с шефом,

который чувствовал себя как раз на самом гребне волны, упивался успехом и богатством, зам.

директора Круглов получил СМС с предложением «расстаться». И с колоссальным облегчением

написал заявление.

А еще через два месяца после того, как закончил все дела, Федор потихоньку сходил дома с

ума, совершенно раздавленный ощущением собственной ненужности и невостребованности.

Собственно, от этого безысходного бесперспективняка он и поехал неизвестно куда к некой

волшебной бабке, про которую ему когда-то рассказал Пантелеев. Еще за год до этого ведь

посмеялся бы только от души над идеей посетить какую-то старуху-волшебницу.

Выматывающая поездка по узкой разбитой дороге («Федеральная трасса, блин!»), деревня

Благодатка. Нужный дом он нашел быстро. Золотистая «Импреза» Федора остановилась у местного

магазина с вывеской «Супермаркет». Первым ему попался непременный персонаж русской деревни

– неопределенного возраста мужик в нелепой телогрейке на древнем-древнем велосипеде. Где бы

вы не ехали, по Благодатке в Пензенской области или по селу Приютное на Ставрополье, утром ли, вечером – непременно его встретите.

Вопросу тот ничуть не удивился (или показалось?).

- Нина Максимовна? Знаю такую, конечно… - и он быстро объяснил, как проехать.

Большой такой дом, основательный, недавно покрашенный. За новенькими металлическими

воротами УАЗик-буханка. Тоже, похоже, совсем новый. Многообразные запахи и звуки с заднего

двора обнаруживали большое хозяйство. Калитка не закрыта.

Нина Максимовна встретила его в комнате у входа. «Типа кабинет», - улыбнулся Федор.

Вполне еще крепкая старушка, да и не совсем старушка на самом деле, немаленького для

своих лет роста, медлительная и в меру полная. В комнате было тепло, но она куталась в безрукавку

из какого-то жесткого меха, не волк ли?

44

©

- Садись, - она указала Федору на застеленный старым ковром диван. Сама осталась стоять у

двери, пристально глядя на очередного посетителя. Взгляд у нее был слегка надменный, или может

просто подслеповата…

- Я Федор, вот приехал к Вам, говорят, что Вы людям помогаете … - мялся он.

- Раз приехал - рассказывай, что у тебя, Федя.

Федор начал про работу, про то, что не знает, что ему делать теперь, что не может

разобраться, что надо ему в жизни, что он в отчаянии… Старуха резко его оборвала:

- Потерял ты свою удачу. Вернешь – и все вернется к тебе.

- Как я ее потерял? Или украл может кто? – этот вопрос мучил его последнее время.