Читаем Прем Сагар полностью

Махарадж! Царевна Уша джи для получения супруга ежедневно совершала жаркие моленья, дары давала и обеты соблюдала и соблюдала пуджу Парвати. Однажды Уша, окончив все свои домашние дела, одна лежала ночью на своем прекрасном ложе и размышляла так в душе: «Хотела бы я знать, когда отец устроит брак мой и как я встречу жениха». Сказавши так и погрузившись в мысли о супруге, она уснула. И что ж она во сне вдруг видит? Видит, стоит пред ней прекрасный юноша — облакоцветный, лунноликий, лотосоглазый, дивной красоты, как воплощенье бога красоты или сам Мохан, одетый в желтый шелковый наряд, с короной из павлиньих перьев, слегка склонившийся всем телом, блистая красотой своей; весь в украшеньях, усыпанных камнями драгоценными, в серьгах прекрасных в форме макара, в гирлянде из лесных цветов, в прекрасном ожерелье гунджахар[471] и в желтом шелковом плаще — и каждый мускул в нем играет.

Царевна, увидав его, охваченная чарами его, в смущеньи голову склонила. А он повел любовные к ней речи и приумножил тем ее любовь. К ней подошел он, руку взял, обнял ее, заставил позабыть свои душевные сомненья, мысли и заботы. Потом они, когда рассеялось взаимное смущенье и боязнь, уселися на ложе. Друг другу расточая ласки и взглядами любовными даря, сливаяся в объятьях, поцелуях, взаимно одаряли, получали счастье и, утопая в наслажденье, любовные вели друг с другом речи. Но вот, когда чрез несколько мгновений Уша захотела приласкать его, к своей груди прижать супруга захотела, то с глаз ее сошел вдруг сон. И как она простерла руки, чтоб друга встретить, так и застыла вдруг с глубокой болью.

Сказав так, Уша погрузилася в печаль и с мыслью о любимом к ложу подошла, легла, покрылась с головой. Когда ночь миновала и заря пришла и полторы уж стражи дня прошло, тогда ее подружки стали говорить: «Что ж это значит, уже так поздно, а Уша спит еще, не встала». Услышав это, Читралекха, дочь главного советника Банасура Камбханда, пошла в ее расписанный покой, и что ж она там видит? На ложе под прекрасным балдахином — с убитою душой, с уныньем в сердце — лежит царевна Уша без движенья и горько плачет, глубоко вздыхает. Увидев вдруг ее в таком великом горе,