Читаем Поворот винта полностью

– Да что же случилось?

– Я все вам расскажу. Что, вид у меня был неважный?

– За окном? Ужасный!

– Меня напугали, – сказала я.

Судя по лицу миссис Гроуз, она явно не жаждала пережить такой же испуг, но, как преданная дому прислуга, готова была разделить со мной все, что бы ни случилось. И я решилась:

– Минуту назад вы вошли в комнату и, увидев меня за окном, испугались. Незадолго до этого и меня напугали, только то, что увидела я, было гораздо страшнее.

Она стиснула мою руку:

– Что же вы увидели?

– Весьма странного мужчину. Он заглядывал в окно.

– Какого такого мужчину?

– Понятия не имею.

Миссис Гроуз посмотрела по сторонам, но никого не увидела.

– Ну и где же он?

– Не знаю.

– Вы его прежде видели?

– Да, один раз. На старой башне.

Она с недоумением уставилась на меня.

– По-вашему, это был чужой?

– Вот именно.

– И вы мне ничего не сказали?

– На то были причины. Но теперь, когда вы догадались…

У миссис Гроуз от изумления округлились глаза.

– Догадалась? – простодушно воскликнула она. – Откуда мне-то знать, коли вы понятия не имеете?

– Ни малейшего.

– И кроме как на башне, вы больше нигде не видели его?

– Только что на этом самом месте.

Миссис Гроуз снова посмотрела по сторонам.

– Что он делал на башне?

– Стоял и смотрел на меня.

Она на минуту задумалась.

– Это был джентльмен?

Ответ вырвался у меня сам собой:

– Нет-нет.

Ее изумление росло с каждым мгновением.

– Кто-нибудь из поместья? Или из деревни?

– Нет-нет. Я вам ничего не говорила, но сама проверила и убедилась, что это кто-то посторонний.

Она вздохнула с явным облегчением. Как ни странно, но мои слова ее несколько успокоили, хотя и мало что прояснили.

– Но если не джентльмен?..

– То кто же тогда? Чудовище.

– Чудовище?

– Это… Помилуй Бог, если я знаю, кто это!

Миссис Гроуз еще раз оглянулась вокруг, внимательно всматриваясь в сгущавшийся сумрак, потом, словно что-то вспомнив, решительно обратилась ко мне:

– Нам давно пора в церковь.

– О, я не в состоянии идти!

– Разве там вам не станет лучше?

– Но вряд ли будет лучше им… – Я кивнула в сторону дома.

– Детям?

– Их нельзя оставлять одних.

– Вы боитесь?..

– Да, боюсь его, – твердо ответила я.

И тут на широком лице миссис Гроуз мелькнул отдаленный проблеск какой-то важной догадки, смутно забрезжившей в ее сознании. Догадка возникла независимо от меня, это я знала точно, поскольку сама пребывала в полнейшем неведении. Помню, я мгновенно почувствовала уверенность: если проявить настойчивость, миссис Гроуз сознается, что у нее на уме, – ведь не случайно же она стала выпытывать подробности.

– А когда вы его видели на башне?

– Где-то в середине месяца. В этот же час.

– Почти в темноте, – заметила миссис Гроуз.

– Нет, было еще светло. Я видела его так же явственно, как вижу вас.

– Но как он оказался на башне?

– А как он выбрался оттуда? – засмеялась я. – Увы, мне не представилась возможность расспросить его об этом! Во всяком случае, – продолжала я, – сегодня он не смог попасть в дом.

– Он только смотрит, и все?

– Надеюсь, этим он и ограничится!

Миссис Гроуз выпустила мою руку и отвернулась. Помолчав, я сказала:

– Идите в церковь. Я не хочу вас задерживать. Сама я останусь, посмотрю, как бы опять чего не случилось.

Миссис Гроуз медленно повернулась ко мне:

– Вы боитесь за них?

Мы посмотрели друг другу в глаза долгим взглядом.

– А вы нет?

Не ответив, она подошла к окну и приникла лицом к стеклу.

– Вот так он и смотрел, – заметила я.

Она не шевельнулась.

– Долго он здесь стоял?

– Пока я не выбежала из комнаты, чтобы встретиться с ним.

Миссис Гроуз быстро обернулась, лицо ее было выразительнее всяких слов.

– Я бы побоялась.

– Думаете, я не трусила? – рассмеялась я. – Но что оставалось делать? Я помнила о своем долге.

– Это и мой долг, – откликнулась она и спросила: – Какой он из себя?

– С удовольствием описала бы его, но в том-то и дело, что никакой.

– Никакой?

– Без шляпы, – начала я и тут же по выражению лица миссис Гроуз поняла, что эта подробность ее неприятно удивила, и тогда принялась торопливо, штрих за штрихом дорисовывать портрет: – Волосы рыжие, даже огненно-рыжие, короткие и вьющиеся, продолговатое бледное лицо с правильными чертами, небольшие, несколько странного вида бакенбарды, такие же рыжие, как и волосы. Но брови более темного оттенка и как бы приподняты. Взгляд пронзительный и страшный до ужаса, а глаза – я хорошо их видела – маленькие и очень цепкие. Рот большой, губы тонкие, лицо гладко выбрито, только бакенбарды на щеках. Мне показалось, он похож на актера.

– На актера! – В голосе миссис Гроуз прозвучала неподдельная растерянность.

– Хотя мне и не доводилось встречаться с актерами, но я представляю себе их именно такими. Высокого роста, стройный, подтянутый, но нет, отнюдь не джентльмен!

По мере того как я говорила, моя собеседница все больше бледнела. Бедная женщина слушала меня, вытаращив испуганные глаза и приоткрыв рот.

– Джентльмен? – наконец пробормотала она в полном смятении. – Да какой же он джентльмен?

– Значит, вы его знаете?

Она явно боролась с собой.

– А он красивый?

Я решила помочь ей.

– Да, весьма недурен.

– А как одет?..