Читаем Постижимое полностью

Вдруг я что-то услышал. Метнув бледный луч в сторону, осветил коридор, вмиг ставший каким-то другим. Звук повторился, и я ощутил, как девушка со светлыми волосами замерла вместе со мной, уподобившись нарисованной на стене фигуре. Кто-то как будто мял подошвой кусок бетона или обломок кирпича, намереваясь стереть его в пыль. Я торопливо зажег экран телефона и погасил фонарь. Темнота стала почти кромешной. Я стоял, слушая свое сердце и ее дрожащее дыхание, норовящее вторить скрежету под чьей-то подошвой. Скрежет затих, и кто-то ступил внутрь дома. Пунктирные обрубки заметались, сбивая друг друга и при случае прокалывая насквозь. Вошедший стоял в конце коридора, совсем недавно впустившего нас двоих; нас разделяла мешанина темноты, беспросветной стенки и пары десятков шагов. В голове мелькнула слепящая вспышка; повернув голову, я отыскал в темноте то место, которое несколько мгновений назад увидел совершенно случайно вместе с изменившимся коридором. Где-то совсем недалеко впереди на полу лежал кусок стенной породы с двумя короткими железными зубами, смотрящими в противоположные стороны. Воскресив занятный артефакт в памяти, я решил, что он обладает приемлемым весом и ничуть не посредственными аэродинамическими свойствами. Омытый мраком дом натужно молчал всеми пятью выпотрошенными этажами. Я стоял и не мог решить, стоит ли полагаться на погашенный свет или лучше уподобиться чреву постройки и стать таким же слепым и глухим. Вглядываясь в темноту, я непрерывно ощущал дрожащее дыхание девушки со светлыми волосами. Вообразив себя держащим в руках тянущуюся к ее груди нить, я ощутил презрение к самому себе и осторожно шагнул вперед. Ничто не отозвалось.

Оказавшись на шаг ближе к абсолютно неясному исходу, я обернулся. Она смотрела на меня сквозь мрак, силясь достать притупившимся из-за сгустившейся в воздухе черноты взглядом. Аккуратно отлепив подошву от пола, я снова двинулся вперед. Где-то как будто снова скрежетнуло, но слепой дом скрасил расстояние, и я не сумел понять, каким далеким или близким был этот звук. Я шагнул снова и наступил на какой-то тонкий и хрупкий предмет. Эхо раскола озарило коридор, сгустив и без того тесную черноту. Обрезки пунктира сплелись воедино и завращались бешеной спиралью, стирая все попавшее внутрь. Чуть не распотрошив карман, я выхватил телефон и зажег фонарь. Заветная регалия мелькнула шагах в десяти, дрожащий луч не мог прильнуть к ней, бросаясь то вверх, то куда-нибудь в сторону. Что-то безвозвратно треснуло в конце соседнего коридора, и я услышал шаги, от которых все внутри вывернулось. Стараясь не превозмочь фон, предоставленный поневоле шедшим сюда, я устремился к заветной регалии. Дряблый свет фонаря отскакивал от одной стены к другой, обрастая пылью и скудея с каждым мигом. Когда я остановился, шедший за стеной замер примерно напротив меня; дом снова замолк. Медленно, но при этом не пытаясь угадать замыслов замершего за стеной, я погасил свет и спрятал телефон в чудом уцелевший карман; потом нагнулся и взял кусок породы за два как нельзя кстати предусмотренных эволюцией обломанных ржавых зуба. Было тяжелее, чем я думал. Я старался как мог, но диковинный атрибут не сумел оторваться от пола совсем беззвучно. Дрожащими руками я поднял его на уровень груди и опустил ниже; обернулся и увидел ее зыбкий силуэт, едва вырывающийся из поглотившей коридор пучины. Разделившее нас расстояние вдохнуло в меня неустойчивую, прерывистую подобно косяку радиопомех силу; я шагнул обратно, к ней, уже мало чего стесняясь. Стоявший за стеной услышал мой рывок и шагнул тоже. Замкнувшаяся на сердце спираль лопнула и разлетелась червеподобными лоскутами по всему телу, подбадривая и веселя. Мне на мгновение померещился свет на месте обрушившейся в конце коридора стены, и я понял, что мне лучше быть там. Шедший за стеной был явно не медленнее меня, но я решил, что все равно успею. Она была все ближе, и вдруг я увидел странное озарение в ее блеснувших во мраке глазах; она решила, что моя ноша предназначена не шедшему за стеной, а ей. Я мотнул головой, попросив отойти; она отшатнулась как-то инертно, задев ногой некстати подвернувшийся обломок и, возможно, породив какую-нибудь удобную для шедшего за стеной подсказку. Шедший за стеной на миг замер, и я повторил за ним. Все снова застыло. Дом молчал, глядя на нас всех своими бесчисленными травмами. Где-то за мной белела лишенная содержимого фигура, будто познающая меня в сравнении с кем-то, стоявшим за стеной, не имея пока что возможности решить, кто из нас подойдет ей лучше. Молчание за стеной было гранитным, бескрайним; я понял, что ждать по ту сторону могут даже вечность. Глупое решение пришло в голову само, куда легче взятых из калькулятора цифр.