Читаем Пограничник (том 2) полностью

— Да какой изъян! — возмутился собеседник и даже покраснел от гнева на навет. — Нет у лука изъянов! Просто это же берёза и ясень, да рог сарагосского тура! Это ж не просто так! И пока лук сох, сынуля-то баронский того… Вырос. Возмужал. Чего ему такое непотребство детское теперь стало? Но ты, твоя милость, не думай! Маленький-то маленький, но и правда бьёт как большой. Вон, попробуй. — Предложил выстрелить в сторону тына под углом к месту, что мы стояли, где в данный момент не было людей. И даже протянул для пробы пеньковую верёвку.

— А давай! И правда попробую, — согласился я, понимая, что сглупил. Если и правда бьёт далеко, лишний аргумент меня ободрать.

Завязал узел на одном из рогов. Отмерил немного верёвки, завязал предварительную стоп-петлю, не затягивая. Натянул. Мало. Убрал натяжение, развязал петлю и перевязал дальше, чтоб потуже. Снова потянул, выгибая рога.

— Берёза! Настоящая северная берёза! — расплылся меж тем в улыбке мастер. — Внутри — рога сарагосского тура. Большая редкость между прочим!

Врёт ведь. Обычный бычий рог. Туры ещё водятся в северных лесах, но немного их осталось, почти извели. Но не поторгуешься — не поймут.

— А снаружи жилы коровы, пасшейся на южном склоне Везувия и пившей всю жизнь только минеральную воду из бьющего оттуда родника, третьего сверху во втором ряду. И помершей девственницей, молока не дававшей — это пагубно на качество жил влияет, — поддел я, и парни рядом заржали.

— Нет, почему сразу девственницей? Были у неё телята! — включился в игру с серьёзной миной лучник. — Но да, таких сухожилий поискать! — и любовно провёл по рогам лука, начиная объяснять что-то зубодробительное из технологии производства.

Я ещё раз распутал петлю и ещё чуть-чуть подтянул. Вот, теперь нормально. Отпустил, затянул по-человечески, нажал весом и натянул на рога как надо. Вытащил из тула свою стрелу, и, не став доставать кольцо (один раз не пидарас), прицелился, выстрелил. М-да, натяжение легко пошло, легче, чем у моего лука, «прикомандированного» ко мне боевого оружия. Которое, замечу, тоже композитное, «графское», пусть и не настолько выгнутое в обратную сторону. Но стрела ласково пропела «Пока-пока, всем чмоки в этом чате», и, через секунду, со свистом впендюрилась в толстое бревно почти в ста метрах от места, где мы стояли. И стрелял я почти без навеса, опасаясь, что улетит мой снаряд на ту сторону — и хрен потом найдёшь. А хорошие стрелы хороших денег стоят. Круто, чо!

— Сколько? — только и осталось спросить у мастера, понимая, что попал на крючок и куплю эту игрушку, сколько б она ни стоила.

— Совсем даром. Пятнадцать лунариев! — засиял лучник и глаза его в этот момент «честно-честно» засветились.

— Сколько-скольно? — охренел я, а стоявший рядом Марко закашлялся.

— Ну, как хорошему человеку, вижу, сеньор барон, вы человек честный, и благородный, вона, грязных степняков бить едете… Отдам за четырнадцать!

И на мою отвисшую челюсть добавил:

— Да ты не думай, твоя милость! Ты посмотри какие изгибы! Это ж тур! Как есть тур! Ни один бык такого изгиба не даст!..

Далее начался торг, где я честно старался, но в итоге ждало разочарование. Двенадцать лунариев, но бонусом выторговал два тула стрел. Стандартный степной комплект — простые, бронебойные, двузубые, кольчужные, по пять штук каждой. Учитывая, что каждый тул это примерно сотня ассов… Всего лишь. Ну да ладно, чёрт с ним. Но всё же, стоимость человека у нас, даже талантливого — от одного до пяти лунариев. А тут… Какой-то лук. Под детскую руку. М-да.

Девчонка, поняв, что это для неё, прыгала от радости и сияла. Тут же при нас, отойдя на полсотни метров, засадила по тыну серией из десятка стрел. И две перелетели на ту сторону — сама не ожидала такой мощи. Потом, пока обедали, сгоняла, нашла, принесла назад. А после мы дружно пошли за Лавром, который договорился с одной из хозяек, и нам накрыли в беседке простой, совершенно незамысловатый обед без вкусностей из крестьянской похлёбки и каши.

Вика, как уже начал называть девчонку, поела отдельно — воины бы меня не поняли, посади её за общий стол, и умчалась гонять по деревне, найдя общий язык с местной детворой. Я сидел и многозначительно глядел ей вслед, не принимая участие в разговоре парней, которые что-то там обсуждали и тихонько надо мною посмеивались. Наконец, Марко не выдержал, и, проследив за моим взглядом, произнёс:

— Да уж, подвиг Эстер пропал втуне. Зря старалась.

И было у него в голосе и немного горечи с обидой, но и немного злорадства. И как отреагировать на такое я не знал. Осталось лишь прокомментировать:

— Только это малявка ещё. Даже сисек толком нет.

— Сиськи то наживное, — хмыкнул Лавр, не понимая, как я отреагирую и как реагировать им. Имя Астрид сейчас лучше не произносить, но все понимали, о чём и о ком я думаю, глядя на бегающую малявку. — Не проблема то. Подрастёт — вырастут. Может не так всё и плохо?

«Может из неё вырастет хорошая замена Астрид для графа, парни, — так и лучилось из его голоса. — Только надо подождать».