Читаем Поединок полностью

– Ты ушёл рано утром, а я опять одна, – Анна притворно скорчила гримаску обиженного ребёнка. – Зачем замуж выходила, если приходится быть одной.

– Ну, как же ты одна? Вот мы вместе…

– То на рыбалку уехал зимой на весь день, то в субботу работал, то в воскресение ездил за тёсом. А тогда с друзьями засиделся до часу. Я, значит, жди его, а он забыл, что женатый человек.

Иван ел. Понял, что у Ани изменился привычный жизненный уклад. Другая работа, другая обстановка. Она скучает. Обычно разговаривала с мамой, с сёстрами, делилась сокровенными планами. Теперь одна. Мало уделяет внимания. Занялся домом. В клубе были в январе. Приезжали артисты из томского театра, но не пошли. Скоро приедет танцевальный ансамбль из Дагестана. Нужно заказать билеты…

По мере того, как пустели кастрюльки, лицо Анечки становилось радостней. Шесть больших тефтелей и пюре на гарнир вполне насытили троих плотников. Как только Иван захотел отставить тарелку с четырьмя тефтелями, Анечкино лицо стало мрачнеть. Она не сводила с мужа изумительных открытых глаз. Если вдруг ему что-то требовалось, она почти всегда угадывала его желание и подавала аджику или соус, горчицу или перец. Ошибалась редко. Иван брал протянутую баночку или кусок хлеба, не показывая вида, что ему нужно другое. В такие минуты Аня становилась удивительно красивой. Иван любовался женой и ел, не замечая, что давно сыт, ему приятно следить за милой Аннушкой. Тефтели не лезли, но их нужно прикончить, а предстояло отдать должное ещё и какао.

– Помогай. Мне одному не справиться.

– Я ела. Повар сыт, пробуя и нюхая…

– Понятно, дорогая, ты опять меня эксплуатируешь, как подопытного. Ты видишь, тут три порции.

– Ты с утра ничего не ел. Мы с тобой не в столовой, а дома. Я – старалась. Ведь вкусно? Знаю, что ты опять начнёшь говорить о деньгах. Ты меня разлюбил. Твоя мама говорит, что ты привык жить по-студенчески. В армии не баловали вкусненькими блюдами. Гастрит заработать недолго, а вот лечиться не просто. Но я не допущу до такого. Не хочу видеть тебя больным. Ты мне нужен здоровым. Будешь есть всё, что посчитаю нужным…

Иван хотел сказать, что надоело занимать у приятелей деньги, потому что зарплата уходит на продукты. А расходуются они не рационально. Мог сказать, что рачительные хозяйки так не делают, но сдерживался. Устал убеждать Аню не кормить чужих поросят. Не поняла, что любовь к мужу не должна выражаться лишь в обильной еде.

Как только речь заходит о питании, о расходе средств на приобретение продуктов, Аня замыкается, начинает плакать, словно он пытается уличить её в чем -то позорном и отвратительном. Она долго не разговаривает, но утешается тем, что варит, варит, варит. Он ест, ест и ест. Наступает ночь, когда кулинар переселяется с дивана. Тогда каждое утро он старается её задержать и не допустить до плиты.

Утром его ждали умопомрачительны оладьи из печени, фаршированные перцы, заливное мясо. Комаров смотрел на стол, как на заклятого врага, был готов сражаться с ним, не покладая рук и, не щадя, живота своего.

В то утро наступил перелом. Не заметил его, но он произошёл. Ваня перестал сопротивляться, устал бороться за своё здоровье, поплыл по течению. Понял – Анин характер тверже его, а поэтому сдался. Она победила. Добилась своего, прошла через слёзы, через скандалы. Пришивала и пришивала отрывающиеся пуговицы, застрачивала на швейной машинке разошедшиеся швы на брюках, покупала галстуки, чтобы, воспитанный ею живот, не бросался в глаза. …Он съел всё и, молча, пошёл к двери. Спускаясь по ступеням лестницы, тяжело дышал, вспомнив, что ремень нужно покупать новый. Аня догнала его на улице.

– Я знала, что тебе понравится, – радостно щебетала. – Мне этот рецепт дала Эмма Антоновна из кредитного отдела.

– А меня коллеги зовут Колобком, – горько усмехаясь, сказал Иван. Война кончилась. Не просто воевать с милой Аннушкой. Любовь не проходила даром. Иван почувствовал, как после крепкого кофе начинает давить сердце.


9.


На подворье. Бунт на корабле. Первые признаки… Токсикоз. Зря ликовал… Анна показывает когти.


В летней кухне Комаров установил газовую плиту. Пригласил мастера по проверке и монтажу газовых приборов. Плит привезли в райцентр ограниченное количество. Начальник строительного управления помог своим рабочим, выделив транспорт для закупки плит в Томске. В Белом Яру организовали газовый участок; несколько человек прошли обучение и стали развозить по квартирам баллоны с газом. В квартире Комаровых установили трёхкомфорочную плиту, но Аннушка сказала, что если они станут жить во времянке, то без газа грустно. За каких-то полтора месяца привыкла готовить на новой плите. Удивлялась, как всё быстро варится и жарится.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Божий дар
Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Александр Иванович Вовк , Николай Петрович Кокухин , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова , Павел Астахов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза / Религия
Книжный вор
Книжный вор

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше.Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет – его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель.Так девочка оказывается на Химмель-штрассе – Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай.«Книжный вор» – недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.

Маркус Зузак

Современная русская и зарубежная проза