Читаем Поединок полностью

Диван-кровать привёзли от родителей Ивана. Аня повесила весёлые шторки на окно, натянула марлю в форточку от комаров и мух. Поставив чайник на плиту, включила радиоприёмник. Дачка понравилась соседям. Они сняли размеры и срочно принялись строить себе такую же. В коридорчике располагалась топка бани и дверь в парилку. Иван хотел установить верстак, чтобы в любую погоду строгать, пилить и сколачивать, но Анна сказала, что коридорчик довольно узок, а стружки и опилки могут воспламениться от раскалённой дверцы печи.

– Лучше верстак поставить в сарае или под навес. В коридорчике может уместиться старенький холодильник «Саратов». Тут ему не место.

Иван согласился. Холодильник пылился в сарае. Привезти надо было сразу, как только они переехали на свою усадьбу. Огород требовал пристального внимания. Грядки редиса и моркови Аня прополола два раз, подкормила всходы капусты, огурцов и кабачков. Рассада помидоров и перцев укоренялась плохо. Иван затенял нежные стебельки газетными кульками, но жгучее солнышко обожгло листья. Аня расстроилась, а Иван уверял её, что это ерунда. Обычное явление. Через месяц рассада пустит корни и зазеленеет.

– Подожди. Нельзя после обеда работать. Посиди минут двадцать… – Приказала Анна. Иван отбросил лопату.

– Хочу от ручья прокопать арык до середины огорода, чтобы воду носить.

– Мне из колодца хорошо поливать.

– Насос куплю. Ёмкость большую вкопаю. Вода нагреется для полива. – Иван взял лопату и начал размечать будущий канал. «Ручей может летом пересохнуть, докопаюсь до родников. – Думал Комаров, рассматривая русло в конце огорода. – Поговорю со старожилами, они должны помнить, когда ручей пересыхает, когда наполняется водой».

– Ваня, посиди. Чего вскочил?! Сядь. Нельзя после еды работать. Я тебе говорю, а ты не слышишь. …Не работаешь, а лопату взял… Почему такой? Я – не девочка с погремушкой. Забочусь о тебе. – Громко вопрошала Аня. Голос её стал начальственно-строгим. Это удивило Ивана. – Не думаешь о здоровье. Почему равнодушный к моим рекомендациям? – Ворчала, не переставая, Анечка. – Плохого тебе не хочу. Понимать должен. Не маленький…

Ивану удалось раздобыть большую емкость. Хотя была ржавой и дырявой, вкопал в конце огорода. Арык не стал рыть. Отсоветовал сосед, сказав, что много земли займёт его канал. А проще выкопать глубокую яму, расчистив дорогу родникам. Как-то утром Иван рвал траву крольчатам у своего гидросооружения. Увидел у поверхности стайку мальков. Пескари. Как попали в бассейн? Не мог понять. Кинув траву двум поросятам и подросшим цыплятам, налил в корыто воду утке с утятами, которых привезла два дня назад тёща. Аня полола грядку моркови, собирая сорняки в ведро, чтобы бросить в кормушку крольчихи. Вдруг побежала в кулинарную лабораторию, чтобы сбросить в кастрюлю стебельки укропа.

Посмотрела испуганно на Ивана, собиравшегося шкурить брёвна для коровника.

– Ваня, не могу… – сказала испуганно.

– Что с тобой?

– Не могу переносить запах жареных котлет.

Иван улыбнулся, полагая, что кончились страдания, Анечка перестанет готовить – у неё аллергия, а правильнее, токсикоз. Зря ликовал. Пересиливая себя, Анечка не отходила от плиты. Варила и жарила, пекла и томила, требуя, чтобы Иван ел, не нервируя её отказами, которые она считала капризами.

– Тебе нельзя долго стоять, – урезонивал Иван кулинарку.

– Я вареники делала сидя. Всего сорок получилось…

– Ну, куда нам столько? – взмолился Комаров, хватаясь за голову. Хоть бы скорей пришел срок. Тогда жену возьмёт в свои ручки ребёнок, тогда забудет кулинарные выкрутасы.

– Не бурчи. – Приказала Аня. – Меня нервировать нельзя. Усёк? А то будет ребёнок нервным.

– Смотри, начали траншею копать. Водопровод обещают провести.

– Вообще, улицу невозможно будет перейти. Хорошо, что столбы установили осенью. Завтра я получу декретные, и мы купим сепаратор.

– Хотела пылесос…

– Ну и пылесос. Мне, кажется, что врач ошиблась. Всё пройдёт, рассосётся как-нибудь. Ты полочки сделал в погребе? …Боюсь. Я не умею жить беременной.

– Кто умеет? Ты должна отдыхать, а не работать. Давай в субботу к маме отвезу. Лодку и двигатель испытаем.

– Ты решил меня спровадить? – надменно проговорила Аня, – Кто тебя будет кормить? Кто будет грядки полоть? И не думай. Съездим по ягоду. Малины наварю.

Поутих токсикоз. Тазы беляшей и пирогов поглощались друзьями и соседями, приходившими помочь поставить стропила, разгрузить шифер. Аня краснела от похвал. Её личико светилось в такие минуты. А за рецептом хлебного кваса приходили к Комаровой даже пожилые женщины, которые умели делать разные квасы, но такого, который умела делать Анечка Комарова, никто не умел. Беседы о квасе переходили на другие темы. Комарова могла часами рассказывать, как делать рыбные консервы, как варить тушёнку. А уж о дипломной работе рассказывала с таким восторгом, с таким радостным лицом, что соседки, отведав этого самого карася, тотчас записывали рецепт.