Читаем Подвал полностью

— Сколько вам еще надо времени? — проговорил Фостер.

— Я читаю о последнем дне суда, думаю, скоро будет вынесен вердикт.

— Мы это уладим. Но не копайте слишком глубоко. У нас уже есть подозреваемый.

Как и Фостер, Найджел одновременно почувствовал радость и разочарование.

— Но мы все равно должны выяснить как можно больше, — продолжил Фостер. — Скажите им, что я попросил вас задержаться ненадолго. Вам не будут приносить новых материалов, поэтому придется обходиться тем, что есть. Пошлите мне ксерокс с самыми значительными статьями о суде, какие найдете. Но только не засиживайтесь до ночи. Есть вероятность, что завтра вы понадобитесь нам.

Найджелу это понравилось. Ему хотелось дочитать материалы до конца. Мучила мысль, что придется уйти прямо сейчас, в самом начале вечера.

Суд продолжался три дня: два выделили, чтобы сторона обвинения могла представить свою версию, полдня — для стороны защиты, ей запретили давать показания в личных интересах, и еще полдня выделялось на то, чтобы судья мог подвести итоги. Первые два дня подробно освещались в двух газетах, на которые полагался Найджел, но третьему дню уделили меньше внимания. Линия защиты состояла из робкого заявления об отрицании вины, сделанного адвокатом, и свидетельских показаний бывшего начальника обвиняемого, заявившего, что подсудимый отличался простым и добрым нравом. Этому материалу было уделено лишь несколько параграфов. И это все, что было противопоставлено свидетельским показаниям со стороны обвинения, в которых арестованный представал пьяницей и жестоким человеком. Если верить газетам, то суд мог вынести только один приговор.

Вечером третьего дня судья удалился, чтобы через двадцать минут зачитать приговор. Судья, без сомнения понимавший, что тем вечером информация в газеты уже не попадет, отложил решение до следующего утра. Найджел с трудом представлял, какую ночь провел несчастный обвиняемый и как он мучился.

На следующее утро зал суда был до отказа набит народом. Из двух журналистов, освещавших процесс, репортер «Новостей мира», чей стиль отличался легкостью и увлекательностью, лучше всего передал напряженность дальнейших событий.