– Маша, ты пойми, что мiр, он очень странный. Почему, например, пицца круглая, коробка для неё квадратная, а порции треугольные? Или в математике ноль – в любой степени ноль, а в жизни любая глупость, возведённая в степень, становится общественным мнением. Если ко всему подходить философски, тогда на жизнь просто времени не останется.

– Все мы странные, – Маруся произнесла это, словно отрезала кусок пиццы. – Раньше я думала, что друзей теряют в ссорах. А они просто растворяются во времени.

– Ты это к чему?

– Да так. Просто мысли вслух, – при этих словах она с тоской посмотрела на луну.

Вот, тоже интересно, почему и пицца и луна круглые, а убывают по-разному? Луна постепенно, а пицца по кусочкам. Или вот парадокс: когда старая дева выходит замуж, она сразу же превращается в молодую жену Не говоря уже о том, что когда собака укусит человека – это считается нормой, а когда человек укусит собаку – мiровая сенсация. Просто мысли вслух…

– Тогда ответь мне на простой вопрос, – I’m решил оторвать её от грустных мыслей. – Почему моя подруга, которую зовут Елизавета, откликается только на имя «Куплю»?

– От избытка чувств-с! – Маша как будто втянула в себя долгоиграющую конфетку.

– А как сделать, аки был недостаток этих самых чувств-с?

– Знаешь, девушка, отказавшая молодому Роману Абрамовичу, с тех пор на всякий случай не отказывает никому. Вот и ты стань вторым Романом Абрамовичем… На всякий случай…

– Дельный совет, надо обмозговать. Только вот профессии у нас с ним дюже разнятся… При том богатый – это тот, кто сумеет украсть больше, чем у него сумеет отнять налоговая.

– Это ничего, ведь ничто не вечно под луной. Переквалифицируйся в управдомы.

– Не получится. Уже пытался. Позвали на собеседование, а я пришёл туда в футболке с надписью «От работы кони дохнут!» Таки они от смеха чуть не подохли.

– Как тебе не повезло! Сочувствую… – сказала она тоном, что аж слёзы навернулись.

– Ты так считаешь? А по мне так лучше писателем быть, сам себе и хозяин, и слуга.

– А ты писатель? – искренне удивилась она. – Про что пишешь? Где-нибудь печатался?

– Пока только в журналах и в стенгазете. А пишу про всех. И про тебя обязательно напишу, и непременно с фотографией или лучше закажу графический портрет! О!

– Любопытно будет почитать. Я, кстати, тоже начала книгу

писать.

И о чём же? Как Мамай воду в ступе толок?

– Не угадал. Про то, что когда все горбаты, то стройность становится уродством.

– Ну что ж! С удовольствием ознакомлюсь. Позвольте узнать фамилье автора! Или Вы…

– Или, – отрезала Маша. – Издаюсь под псевдонимом. Причём выбрала себе библейский псевдоним, поскольку имя-отчество у меня тоже подходящее. Будто специально подобрано. Знаешь, меня в школе даже так и прозвали: дева Мария. Потому, наверное…

– Не везёт в любви? Прощай любимому слабости! И он совершит невозможное. И запомни главное: людей сближают три вещи: общая идея, общий враг и тоска по хорошему сексу.

Маша ничего не ответила, но взглянула на меня так, что я готов был намазать свой совет на хлеб и поглотить в три укуса. Мы уже поравнялись с границей, где заканчивается кукурузное поле и начинается лагерь археологов. Словно приветствуя нас, рында пропела два раза, стало быть, ужин уплыл от нас в небытие, а на «золовкины посиделки» вполне успеваем. Слава Богу за всё! Только вот как воспримет явление в лагерь Марии Иоакимовны бабспорское царство?

Глава IV

«Крест Никиты»

В одном женском монастыре жила молодая монахиня, которая славилась своими добродетелями. Однажды игуменья увидела видение и услышала голос, который говорил ей: «Смири эту монахиню!». Игуменья была удивлена, так как считала её лучшей из своих сестёр.

Молодая монахиня имела обычай после службы оставаться в храме. Она становилась перед иконой Божией Матери и говорила: «Я дева, и Ты дева; Ты родила, а я – нет». Этими словами она выказывала свою гордыню. Вскоре, Господь, послал ей искушение, повергнув её в великое смирение. И тогда, преклонившись перед иконой Богородицы, в покаянии, смирившись, творя поклоны и проливая слёзы, она говорила о себе, как о самой великой грешнице в мiре…