Читаем Пифей полностью

Мне нужен корабль, и я должен быть достаточно богат, чтобы построить его так, как мне хочется. Расчеты ничего не стоят без проверки на месте мне необходимо совершить путешествие в Гиперборею. Не самое главное составить гномоновы таблицы для всех стран Ойкумены. Надо проверить все числа и радоваться тому, что их можно применить для дела.

Первый день второй декады Гекатомбеона.

Прошло шесть дней, а в моих делах ничего не меняется. Я хотел снова увидеть Парменона, но он, чтобы не принимать меня, сослался на праздничные церемонии, посвященные Гекате. Он - член Совета по проведению праздников и очень занят. Суетные заботы! Много ли новых знаний прибавится после убийства сотни быков? [11] Чем это обогатит богиню мудрости Афину? Зато народ и жрецы получат свою долю мяса. А кроме того, сотня ревущих быков, которых режут на агоре, кровь, стекающая к Лакидону* багровыми ручейками, радостное зрелище даже для тех, кто ест досыта. Посейдон может считать, что жертвы приносят ему! О Афина, если жертва угодна тебе, то внуши нашим архонтам и тимухам желание разузнать о народах Земли и о землях народов, лежащих на пути в Гиперборею! Там Массалию ждут богатства. Там она может добыть себе славу.

Второй день второй декады Гекатомбеона. Парод накормлен до отвала. Жрецы лоснятся от довольства. Архонты отпировали. Тимухи продали быков. Все удовлетворены. Драхмы, статеры, оболы скатились по прилавкам в кошельки богачей. А я терзаюсь и жду знака, чтобы представить мой проект Совету. Массалия, ты - город торговцев! Однако я люблю тебя и хочу послужить твоим интересам. Пора открыть новые пути и раздвинуть тесные торговые границы. Я знаю, что пуны ходят в океаническую Африку, а финикийцы поднимаются в страны Борея за янтарем, оловом, золотом и мехами. Я не верю, что проход через Геракловы Столпы опасен, надо только обмануть эскадры Тартесса и Тингиса. Когда Парменон рассуждает о судах, падающих в Океан по ту сторону Ойкумены после выхода из пролива, он не ошибается - суда падают на дно, и именно по ту сторону Столпов. И тем не менее Парменон говорит нелепицу, хотя и не подозревает об этом: самое печальное в том, что они гибнут оттого, что корабли врага разбивают или сжигают их. Вот почему мне нужен корабль более быстрый, чем суда пунов. И нужны люди, умеющие грести и выполнять маневры, и эти люди не должны дрожать от страха, как Парменон.

Третий день второй декады Гекатомбеона.

Отправился к Фелину и долго ждал, пока он примет меня, но не пожалел об этом. Фелин молод и горит энтузиазмом. Он выслушал меня и обещал свою поддержку, хотя и опасается старцев из Совета больше, чем пунов.

- Не наседай на них, - посоветовал он мне, - выжди, пока они поймут тебя и пока их умы свыкнутся с твоими замыслами. Умей выжидать, нетерпеливец, и тогда я смогу тебе помочь. Старики любят управлять событиями или хотя бы верить в то, что управляют ими. Надо, чтобы идею высказали они сами, хотя заронишь ее в их головы ты.

Услыхав такие речи, я не смог сдержать гневного жеста, но всегда улыбающийся Фелин тихо произнес:

- Послушай, Пифей, научись убеждать, как того требует твое имя*. Наука убеждать не что иное, как умение посеять свои идеи в чужих умах. Пшеничное зерно не ревнует к колосу. Когда ты вернешься из своего великого путешествия, то поблагодаришь меня.

Я ушел от Фелина с утешением в душе, но с недоумением на сердце. Завтра по его совету пойду к Политехну. За какие грехи мне, Пифею, кому столь приятен лишь один вид пенящегося моря, приходится ходить с визитами, подобно женщине? Может, мне лучше превратиться в разряженную гетеру?

Пятый день второй декады Гекатомбеона.

Я нанес визит Политехну, отправившись к нему в дом, что высится над Лакидоном у фонтана агоры. Это - прекрасное здание, украшенное на манер афинских жилищ. Политехн совершил путешествие в Элладу и привез оттуда вазы и статуи. И перед тем, как изложить ему цель моего визита, я был вынужден восхищаться изящными амфорами и прекрасными изваяниями из коллекции этого богача.

- Как тебе нравится Дионис с дельфинами? А битва гигантов с Гераклом? Видел ли ты эту оторванную руку, которая служит ему дубинкой? А что ты скажешь о менаде с обнаженной грудью?

Я восхищался, но мои мысли разбегались, и я уже не знал, что должен сказать. Может, Политехн показывает свое собрание произведений искусства гостям из хитрости, желая затмить их разум лицезрением женщин и богов?

* Сходство лишь по созвучию: по-гречески "пифан" - умеющий убеждать, убедительно говорящий.

- Посмотри на эту Афродиту, она может быть копией со статуи Праксителя?

Ну это уж слишком. Я пришел не для того, чтобы любоваться обнаженной Афродитой, а чтобы поговорить о числах и о строительстве кораблей.

Я разозлился и сказал, что предпочитаю Посейдона и его мужественный гнев, а не женские прелести Афродиты. Политехн крайне удивился или сделал вид, что удивлен, и спросил:

- Разве ты не любишь женщин, Пифей? Я думал, что моряки приносят жертвы Афродите Пандемии во всех портах, где они бросают якорь.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
1066. Новая история нормандского завоевания
1066. Новая история нормандского завоевания

В истории Англии найдется немного дат, которые сравнились бы по насыщенности событий и их последствиями с 1066 годом, когда изменился сам ход политического развития британских островов и Северной Европы. После смерти англосаксонского короля Эдуарда Исповедника о своих претензиях на трон Англии заявили три человека: англосаксонский эрл Гарольд, норвежский конунг Харальд Суровый и нормандский герцог Вильгельм Завоеватель. В кровопролитной борьбе Гарольд и Харальд погибли, а победу одержал нормандец Вильгельм, получивший прозвище Завоеватель. За следующие двадцать лет Вильгельм изменил политико-социальный облик своего нового королевства, вводя законы и институты по континентальному образцу. Именно этим событиям, которые принято называть «нормандским завоеванием», английский историк Питер Рекс посвятил свою книгу.

Питер Рекс

История