Читаем Пифей полностью

Нам известно ее название: "Об Океане". Фрагменты этого труда дошли до нас только благодаря злобным нападкам Страбона. Из его "Географии" мы знаем, что у Пифея были верные взгляды на географию и космографию, но в своем произведении Страбон называет его "отъявленным лгуном", хотя чаще ошибается сам. Пифей знает, что Земля круглая; он умеет точно рассчитать широту, а указанные им расстояния верны. Он знает о существовании полночного солнца и предсказывает, что в полдень может стоять глубокая ночь. Несмотря на свою злобу кабинетного ученого против исследователя, Страбон все же вынужден признать заслуги Пифея в области математики и астрономии.

Я использовал эти фрагменты, а также те, что цитируют Косма Индикоплов, Дионисий Периэгет и Плиний Старший, как опоры разрушенного моста. Мне хотелось восстановить пролеты этого чудесного Моста Ветров, возведенного на Дороге Китов.

Я благодарю директора библиотеки Упсальского университета, предоставившего мне возможность изучить великолепное издание "Фрагментов Пифея Массалиота", подготовленное Арведсоном в 1824 году, архивариуса и библиотекаря Торговой палаты Марселя месье Анри Роллана, а также директора Музея древностей Гланума и его превосходительство посла Исландии в Париже, которые предоставили мне для работы необходимые документы и фотографии.

Так из цитат и находок, изучения почти исчезнувших следов, ветров и льдов, приливов и отливов у меня сложился образ Пифея. Теперь любой марсельский мальчуган, удивлявшийся, что греческий мореплаватель изображен в галльских штанах, может найти ответ в "Бортовом дневнике античного мореплавателя".

Г. Брош был первооткрывателем Пифея, и я с волнением думаю о том, сколько нового он узнал бы о своем кумире, если бы совершил путешествие в Исландию. Знал ли он о "Доисторической Норвегии" Хокона Шетелига? Знал ли он о находках древнегреческих монет на берегах Балтики? Не думаю. И мне хочется своей книгой дополнить его труд. Думается, что Г. Брош был сторонником лишь толкования текстов, как он подчеркнул в своей работе о Пифее. Но жизнь и путешествия Пифея - нечто большее, чем перечисление цитат критиков и их опровержение. Пифей - символ распространения эллинской цивилизации в страны Северной и Западной Европы. Пифей выводит средиземноморский мир в мир Океана.

Мне кажется, что я продолжаю труд Броша и иду дальше. Представляю его радость, если бы он узнал о находке великолепного кубка в Вике, что свидетельствует о проникновении греков в страну кельтов и объясняет путешествие Пифея морем - он пытается найти для Массалии новые рынки, до которых легко добраться; те же цели преследует Эвтимен, отправляясь в Западную Африку.

Надеюсь, я завершу изыскания Броша, вручив издателю этот "Дневник". Он мог быть написан примерно в 330 году до н. э.

Курсивом выделены подлинные фрагменты, в книгу введен греческий текст*. Через две тысячи четыреста лет после своего путешествия Пифей переиздан, как был "переиздан" Массалией Гомер во времена Пифея.

Приключения Пифея, его исследования и опыты на полторы тысячи лет обогнали европейскую науку и ставят его в ряд представителей Ренессанса он был философом, астрономом, математиком, географом, изобретателем, поэтом и мореплавателем), искушенным в тайнах торговли и дипломатии.

Пифей Массалиот, открыватель северных стран Европы, передает нам свой "Бортовой дневник", который мог бы быть "со всем тщанием" написан на борту его судна, позволив бриттам, свебам, готам и скандинавам войти в историю Западной Европы и цивилизации вообще.

Фердинан Лаллеман

Марсель, 18 августа 1956 г.

* Для данного издания греческие и латинские тексты переведены на русский язык.

Пифей из Массалии

Подготовка

Хлопоты

Первый день Гекатомбеона [6]. Я, Пифей, сын Кринаса-массалиота и внук Пифея-фиванца, решил записать все, что собираюсь предпринять, дабы с помощью чисел доказать справедливость моих расчетов, касающихся положения гиперборейских земель и Массалии. Пет ничего могущественнее чисел, и тот, кто владеет ими, может считать себя столь же сильным, как и боги, но богам ведомы все числа, а потому мы находимся у них в подчинении.

Мне, массалиоту, приятно вести отсчет времени от года основания моего родного города Протисом Эвксеном [7]. И поэтому я помечаю первый лист моего свитка первым днем Гекатомбеона двести девяностого года Массалии*.

Вчера я беседовал с Парменоном, архонтом, ведающим делами флота, о корабле, какой хотел бы заказать, чтобы совершить плавание в Гиперборею.

Парменон усмехнулся. Я не люблю улыбок на лицах людей, когда излагаю то, чему меня научили числа.

- Почему бы тебе не последовать за намнетами, возвращающимися домой по рекам и дорогам? - ответил он и добавил: - А ты спрашивал мнение дельфийского оракула?

* Примерно 15 июля 330 года до н. э.

Как вдолбить ему в голову, что намнеты живут в стороне и гораздо южнее тех районов, куда я собираюсь отправиться! Парменон по-прежнему считает, что Земля - диск, в центре которого располагаются Дельфы, и очень гордится тем, что сделал в молодости для Казначейства.