Читаем Петровский полностью

В Екатеринославе политическую стачку первыми начали рабочие Брянского завода. Они остановили станки 10 октября. За ними сразу же выступили рабочие заводов Гантке, Эзау, Нижнеднепровского, железнодорожных мастерских. Бастующие вышли на улицы Екатеринослава с красными флагами и революционным песнями. Петровский и другие большевики выступали на летучих митингах. Это была мирная демонстрация. Но на пути рабочих колонн встали заслоны полиции и казаков. Жандармы приказали всем разойтись по домам, очистить улицы. Демонстранты отказались подчиниться. Тогда жандармы и полиция открыли огонь. Казаки с ходу врезались в шеренги, давя людей копытами коней, избивая нагайками. Безоружная толпа дрогнула, развалилась и потекла быстрыми ручейками по переулкам и дворам, спасаясь от озверевших казаков.

Наиболее смелые, сбившись в тесные группы, пытаясь сдержать жандармов и казаков, вступили с ними в рукопашную схватку. Ненавистных казаков и жандармов били, чем придется, что попадало под руку — булыжниками, вывороченными из мостовой, прутьями от железных оград, палками.

В это время появилась рота солдат и, развернувшись в цепь, начала стрелять по демонстрантам. Были убитые и раненые. Тогда Петровский и другие большевики призвали рабочих строить баррикады.

Наиболее стойко дрались защитники баррикад на Чечелевке, где жили в основном рабочие. В эти именно дни здесь создалась известная по истории первой российской революции «Чечелевская республика».

На улицах шел настоящий бой. В разных концах города слышалась то утихающая, то усиливающаяся пальба. Обыватели попрятались, затаились, наглухо затворив окна и двери. Только две ненавистные друг другу силы схлестнулись насмерть — вооруженная реакция и пролетариат.

Конные казаки, солдаты и жандармы вели непрерывные атаки на баррикады. Навстречу им летели булыжники, куски рельсов, палки. Малочисленные боевые дружины рабочих, имевшие револьверы, отвечали на огонь карателей редкими выстрелами. Кое-где восставшие установили пулеметы на крышах домов и поливали солдат свинцовым дождем.

Но силы были явно неравны. Оружия у рабочих не хватало, не было и опыта вооруженной борьбы. Дружные залпы солдат вырывали из рядов защитников новые и новые жертвы. На мостовых валялись убитые и раненые, тускло блестели лужицы крови. Рабочие, оставляя баррикады, постепенно отступали или разбегались по ближайшим дворам и переулкам. Не успевших уйти жандармы хватали, избивали нагайками, прикладами винтовок и увозили в тюрьму. Бой в городе затихал. Только со стороны рабочей Чечелевки доносилась ожесточенная пальба.

Петровский был с первых минут боя на Пушкинском проспекте, он помогал строить баррикаду, отбивать атаки солдат. Когда пала эта баррикада, он вместе с несколькими товарищами бросился на Чечелевку, где еще продолжалась схватка. Оружие, имевшееся кое у кого из них, могло хорошо пригодиться защитникам Чечелевского бастиона.

Петровский со своей группой с трудом пробрался в район двух баррикад, воздвигнутых на Чечелевской улице. Путь преграждали то колючая проволока, натянутая от фонаря к фонарю, то вооруженные патрули рабочих.

Самая большая баррикада перегораживала Первую Чечелевскую улицу и Брянскую площадь. Она была очень хорошо укреплена. По обеим сторонам ее были сделаны довольно глубокие рвы, впереди, с фронта, — проволочные заграждения, а сама баррикада строилась из опрокинутых телег, извозчичьих колясок, столбов, рельсов, и все это было засыпано толстым слоем земли. Вал казался неприступным, но в минуты затишья, после очередного отбитого штурма, рабочие продолжали укреплять его. Эту самую большую в городе баррикаду защищало несколько сот человек, имевших немного винтовок и револьверов.

Петровский, разыскав членов комитета, сообщил им о разгроме баррикад в городе и договорился о дальнейших действиях, а сам с двумя товарищами побежал дальше, ко второй баррикаде, находившейся в конце Чечелевской улицы, неподалеку от Брянского завода.

Место для баррикад, как выяснилось вскоре, было выбрано неудачно. Защитники их попали как бы в тиски: из центра города на баррикады наступали казаки и полиция, а с тыла их блокировали солдаты, охранявшие завод. Но изменить что-либо было уже невозможно.

Григорий догадывался, что жена его где-то здесь. Он был убежден, что она, конечно, не усидит дома, пойдет помогать строить баррикады, как это сделали жены и других рабочих. И действительно, он нашел ее; Домна вместе с женой их соседа подносила землю и выбитые из мостовой булыжники. Здесь же ссыпали с носилок землю еще несколько женщин и молодых парней. Вокруг стояли сутолока, шум, слышались лязганье лопат, гулкие удары ломов о мостовую, крики и быстрые команды. Люди спешили получше укрепить баррикаду, над которой плескались красные флаги.