Читаем Пестрые истории полностью

«Семьдесят пять негров. Только что получил с Востока 75 превосходных негров. Желающие выбирать — спешите. Также сам куплю молодых негров, заплачу дорого, как и другие торговцы. Бенжамин Литтл».

«Купим пятьсот негров. За каждого хорошего негра заплатим самую высокую цену наличными. Объявитесь, у кого есть негры на продажу. Наш склад готов конкурировать с любым складом в стране. Если желаете пристроить собственных негров, выгодно передержим их. Болтон, Диккинс и К0».

Из объявления большой фирмы узнаем, что для живого товара можно арендовать складское помещение. Конечно, по сравнению с этими складами, любой мебельный склад представлял уютный, теплый дом. По двадцать-тридцать человек ютились в грязной, тесной комнатенке, спали прямо на земле, искусанные москитами и насекомыми до язв. Днем спать не разрешалось, кого ловили на том, что он после бессонной ночи все же засыпал, жестоко били кнутом. Отсюда рабы попадали в торговый зал, там любой мог подозвать раба, ощупать его, велеть открыть рот, проверить зубы и пр.

Другая южнокалифорнийская газета гордилась своим девизом: «Будь справедлив и тебе не придется бояться ничего, люби родину, Бога и истину». Эта богобоязненная и правдолюбивая газета среди прочего предоставляла место для объявлений о проведении аукционов. Одно из них гласило:

«В четверг, 30 декабря, в 11 часов утра в здании трибунала состоится многообещающая открытая аукционная распродажа сотни ценных негров. Спешите! Такой случай выдается редко. Среди них только четверо 45-ти лет, зато двадцать пять молодые, от 16 до 30 лет, — далее, сорок молодых хорошеньких женщин и огромный выбор ребятишек».

Еще одно объявление содержало имена и возраст детишек, идущих с молотка: Силла — 11 лет, Тилла — 9, Анике — 8, Робинсон — 6, Рахиль — 4, Сципион — двух лет!

Сухой перечень бросает свет на одну из наиболее бесчеловечных сторон работорговли.

Если уж ребенка с таким славным классическим именем и его товарищей по несчастью перечисляли отдельно, значит, они шли с молотка отдельно от родителей. И такое было весьма будничным явлением в южных штатах. Семейным узам рабов торговцы не придавали значения. Если того требовал интерес, то они бессердечно разлучали мужа с женой, братьев, сестер, детей с матерью, с таким же равнодушием, точно теленка от коровы, чтобы повезти на ярмарку.

Нынешний читатель с удивлением спросит: «А разве это не было рынком скота? Этих несчастных почитали за скот, а не за людей!»

В самом деле, так оно и было.

Вот несколько статей из законодательства южных штатов.

Южная Каролина. Рабы считаются движимым имуществом и как таковые могут продаваться, покупаться и вообще употребляемы могут быть в любых целях.

Луизиана. Раб состоит в неограниченной власти владельца.

Северная Каролина. Власть владельца должна быть неограниченной, чтобы подчинение раба было абсолютным.

Прочие южные штаты. Рабы не имеют права заключать контракты. С согласия владельцев они могут вступать в брак, но он не имеет силы в плане гражданского права, потому что рабы не имеют никаких гражданских прав.

Неограниченная власть на деле означает, что если раб в чем-то провинился, то хозяин без всякого суда может самочинно определять наказание. Убивать или калечить запрещалось, но заковать в цепи, сажать под арест или бить кнутом было можно. Особенно широко применялось битье кнутом. При желании хозяин сам исполнял свой же приговор, а если считал необходимым более серьезное наказание, то несчастного негра отвозили в казенную кутузку (calaboose) и отдавали в руки казенному кнутобойцу. А уж как он работал, о том «Ключ» приводит потрясающе наглядную сцену. Один очевидец рассказывает так:

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука