Читаем «Песняры» и Ольга полностью

В Лондоне нас встретила Вика, нам в течение десяти минут сделали американскую визу, и мы поехали в офис журнала «Ю». Там пробыли почти полдня. Ольга давала интервью журналистке этого популярного ан­глийского журнала. Почти весь следующий день нас снимали рекламщики. Вика объясняла, что это для журнала «Ю». Как выяснилось потом, ни одна из этих фотографий в журнале «Ю» не была напечатана. Вика делала деньги для себя. И обещая нам, что организует фундацию Ольги Корбут, организовала свою собствен­ную фундацию в помощь жертвам Чернобыля в Индиа­наполисе, где стала директором и где нещадно эксплуатировалось имя Ольги Корбут. В журнале «Ю» был напечатан адрес и счет этой фундации, которая успела собрать немалую сумму денег и о которой мы не имели ни малейшего понятия. Вот такими были наши первые встречи с «американцами» и первые впечатления о «де­ловой» Америке.

Происходили и другие случаи. На одном приеме мы познакомились с владельцем гимнастического зала в Нью-Джерси. Это был Денис Дисковик - начинающий бизнесмен, американец югославского происхождения.

Мы вообще мало себе представляли, что такое дело­вая Америка. Как вести бизнес, подписывать контрак­ты? Тем более это трудно без знания языка. Югослав предложил Ольге преподавать в его гимнастическом зале и сказал, что хочет заключить с ней контракт. Но гимнастика его не интересовала, интересовал только бизнес. Это подтверждал плохо оборудованный зал.

Дисковик предложил Ольге около трех тысяч дол­ларов в месяц. Для нас, когда мы в Союзе не получали и десятой части этой суммы, это показалось огромны­ми деньгами. К тому же он сказал, что Нью-Джерси - самый лучший штат в Америке, и он нам предоставит дом, где мы будем жить.

Как потом оказалось, город Фолсом, в котором мы поселились, был самым задрипанным городком. Климат ужасный, летом под 40 градусов по Цель­сию. Мухи и комары, поскольку кругом был лес, доста­вали нас с невероятной силой. А дом, за который мы платили более пятисот долларов нашему менеджеру в карман, сдавался местным католическим приходом совершенно бесплатно.

Позже сами американцы нам говорили, что мы не должны связываться здесь с русскими и людьми «мидл». Во многом это действительно так, но и потом нас подстерегали всяческие неудачи.

Как-то Ольгу пригласил на Игры доброй воли Тед Тернер - миллиардер и меценат. Бывший директор этих игр предложил свои услуги в продюсировании Оли­ной книги. Это был Боб Волш, с которым Ольга позна­комилась не без помощи уже известной Вики Фарахан. Позже, при личной встрече Тед Тернер сказал Ольге, что с этим человеком он никаких дел больше не имеет и другим иметь не советует. Но тогда мы ничего еще не знали, жизнь в Союзе была далека от суровых законов рынка, и умению вести дела нас никто не учил. Оттуда Америка виделась только в розовом цвете.

Таким образом заключили мы с этим менеджером контракт на издание Ольгиной книжки, которая к тому времени уже была написана. Он нашел издательство «Рэндом хауз» - одно из самых крупных издательств с филиалами по всему миру и штаб-квартирой в Лон­доне. Но появилось издательство-посредник - «Байрон прайс». Контракт был подписан так, что все финансо­вые права на тираж принадлежали именно этому из­дательству. В результате Ольга получила около сорока тысяч долларов и больше ни цента.

Книга вышла в Англии невзрачной, без конца и начала, без фотографий, к тому же «поправленная» какой-то Эллен Эмерсон, которая однажды приехала к нам, для того чтобы взять интервью, и потом сумела поставить свою фамилию рядом с фамилией Ольги на титульном листе как соавтор.

С такими неудачными контрактами Ольга ездила по всей Америке. Ее менеджер-югослав сделал нам соушиал-секьюрити, но о рабочей визе или грин-карте речи не шло. Он не был заинтересован в том, чтобы Ольга встала на ноги, и хотел, чтобы мы во всем за­висели от него. Этот югослав купил автобус, расписал его яркой краской «Olga Korbut», и они ездили по раз­ным гимнастическим залам и делали так называемые «клиники». Собирали детей, которые занимаются или интересуются гимнастикой, и Ольга в течение несколь­ких часов рассказывала о себе, показывала элементы и учила их. Это были неплохие деньги. Однажды они попали с этими уроками в Атланту, в гимнастический зал, владельцем которого оказался Дэвид Дэй.

У него был великолепный гимнастический зал, да и Атланту нельзя сравнить с Фолсомом. Он пригласил нас к себе. Но мы никак не могли решиться на пере­езд. Да и контракт с югославом сдерживал, хотя по­следний его нарушал десятки раз. Кончилось тем, что Дэвид Дэй пригнал в Фолсом рефрижератор, загрузил все наши вещи, сгреб нас в охапку и увез к себе. Так мы оказались в Атланте.

Ольга была нужна и востребована. А я... В Америке белорусские певцы никому не нужны. Мне так прямо об этом и сказали.

Раз или два в год я выступал перед нашими эми­грантами. Первые два года вообще не работал: поды­скивал дом в Атланте, писал картины, учил язык, за­нимался домом.