Читаем Первый удар полностью

Как и несколько других членов экипажа «Кайзерин», вдруг осознавших, что они не имеют в данную конкретную минуту никакого дела, гардемарин Аугсбург стоял на баке у самого гюйсштока, внимательно разглядывая происходящее впереди. Даже на своих калечных десяти узлах они все же потихоньку подбирались к тому пятачку моря размером в десяток квадратных миль, на котором ничем не отличающиеся от них люди увлеченно убивали один другого.

– Один точно, и еще один… Ну, может быть…

Ему показалось, что это был тот же самый голос, что и в рубке с полчаса назад – потому что и слова были те же самые. Однако когда он обернулся, это оказался незнакомый ему (как, впрочем, большинство нижних чинов на этом корабле) усач со знаками различия боцманмата. На его кителе Клаус-Рихард без труда заметил нашивку Железного Креста II класса, и слегка склонил голову, подтверждая право старого служаки делать замечания.

– Горящий – почти наверняка «Дейчланд», – заметил он сам вслух, хотя уверен вовсе не был: для этого до сих пор было слишком далеко. Марку на трубе отсюда было, разумеется, не разглядеть – так что он просто положился на услышанные на мостике слова какого-то счастливого обладателя бинокля. В целом дистанция явно уменьшалась медленно: бой перемещался практически в том же направлении, в каком ковыляли и они.

– Там почти все горят, – с удивительным равнодушием отозвался боцманмат. – И «Дейчланд», и не «Дейчланд». «Ганновер» отставший не горит, да и мы… – здесь он остановился и внимательно поглядел назад. Большая часть корабля была все равно закрыта от взгляда с бака надстройками, дыма сзади было много, – но все это был смоченный мазутом уголь, горящий в топках, раскалившихся в попытках дать чуть больше оборотов турбинам.

– Мы тоже уже не горим, – закончил кавалер Железного Креста. В этот раз в его голосе было хоть какое-то удовлетворение.

Ничего нового из его слов Клаус-Рихард не почерпнул: было и так понятно, что если бы пожар не был потушен, никто не позволил бы ни ему, ни боцманмату, ни полудюжине других моряков бездельничать на баке, как в зале бурлеска.

– Я уже полчаса назад слышал, что один линкор затонул. Но тогда их и сосчитать как следует никто не мог…

Он опять посмотрел на мостик, размышляя, намного ли лучшее будет видно оттуда, с высоты, – и окупит ли это все минусы пребывания рядом с людьми, наверняка презирающими его за глупое вылезание из рамок своего ранга.