Читаем Перекрестки Сумерек полностью

При разговорах с чужой стаей всегда соблюдались формальности. Соблюдая вежливость, он послал свое имя среди волков – Юный Бык – добавив свой запах, и получил ответ – Охотница За Листьями, Высокий Медведь, Белый Хвост, Перо, Туман Грома и множество других. Это была большая стая, и Охотница За Листьями, волчица с чувством спокойной уверенности в себе, была их вожаком. Перо, самый умный из волков стаи, был ее супругом. Они слышали о Юном Быке и хотели поговорить с другом легендарного Длинного Клыка, первого из двуногих, что научился говорить с волками спустя огромный промежуток времени, от которого веяло Эпохами, исчезнувшими в тумане прошлого. Этот поток образов и воспоминаний запахов его сознание переводило в понятные ему слова и наоборот, превращало его мысли в образы и запахи, понятные волкам.

Есть кое-что, что я хочу узнать, сообщил он, как только были окончены все формальности. Что волк ненавидит больше, чем Никогда-не-рожденных? Он попытался припомнить запах из сна и добавить его к посланию, но тот уже окончательно выветрился из его памяти. Что-то, что, как знают волки, означает смерть.

Ответом ему была тишина и струйка перемешанных вместе страха и ненависти, решимости и нежелания. Раньше он уже ощущал исходящий от волков страх – сильнее всего, он готов был поклясться в этом, они боялись лесного пожара, что стремительно распространяется по лесу. Но сейчас это был тот самый колючий страх, от которого люди чувствуют себя так, словно с них сдирают кожу, заставляя их трястись и шарахаться от теней. Чувство столь близкое к ужасу, хлестнуло и растворилось, хотя для него и не было здесь причины. Никогда не испытывали волки подобного страха. И все же только что они его испытали.

Один за другим они покидали его сознание, нарочно не пуская его в свои мысли, пока не осталась только Охотница За Листьями.

Последняя Охота наступает, пришел, наконец, ее ответ, затем она тоже ушла.

Я сделал что-то оскорбительное? послал он мысль. Простите, я сделал это по незнанию. Но уже не получил ответа. Эти волки не станут говорить с ним снова, по крайней мере, не скоро.

Последняя Охота наступает.

Именно так называли волки Последнюю Битву, Тармон Гай'дон. Они знали, что будут там, в последнем противостоянии Света и Тени, но почему – этого они не могли объяснить. Некоторые вещи, такие как восход и закат солнца и луны, были неотвратимы, и гибель множества волков в Последней Охоте была предопределена. Но было что-то еще, чего они боялись. У Перрина было сильное предчувствие, что он должен быть там, по крайней мере, ему было предначертано там оказаться, но даже если Последняя Битва начнется прямо сейчас, он не станет в ней участвовать. Он обязан закончить свое дело, от которого не мог – и не будет! – отказываться. Даже из-за Тармон Гай'дон.

Выбросив из головы безымянные страхи и Последнюю Битву, Перрин стянул перчатки и нащупал в кармане кафтана длинный шнур из сыромятной кожи. Следуя уже привычному утреннему ритуалу, его пальцы механически сделали очередной узел, а затем, считая, скользнули вниз по шнуру. Двадцать два узла. Двадцать два утра с тех пор, как была похищена Фэйли.

Сначала он не думал, что понадобится вести счет. Тогда, в первый день поисков, он решил, что был безучастным и оцепенелым, но собранным, однако, оглядываясь назад, он видел, что был охвачен неудержимым гневом и потребностью найти Шайдо как можно быстрее. Среди Айил, захвативших Фэйли, были также пришедшие из других кланов, но все указывало на то, что большинство составляли Шайдо и именно так он о них и думал. От желания вырвать из их рук Фэйли прежде, чем с ней что-либо случится, перехватывало горло так, что трудно было дышать. Он, безусловно, спасет и других захваченных с нею женщин, но иногда ему приходилось мысленно перебирать их имена, чтобы удостовериться, что не забыл их. Аллиандре Марита Кигарин, Королева Гэалдана и его вассал. Ему все еще казалось неправильным принимать вассальную присягу, в особенности от королевы – ведь он простой кузнец! Он был кузнецом когда-то, но теперь он нес ответственность за Аллиандре, а она никогда не оказалась бы в такой опасности, если бы не он. Байн из септа Черные Скалы Шаарад Айил и Чиад из септа Каменная Река Гошиен Айил, Девы Копья, что последовали за Фэйли к Гэалдану и Амадиции. Они сражались с троллоками в Двуречье тогда, когда Перрин нуждался в каждой руке, способной поднять оружие, и это давало им право рассчитывать на него. Аррела Шиего и Ласиль Алдорвин, две глупые молодые женщины, которые думали, что смогут научиться стать айил или похожими на айил. Они были вассалами Фэйли, а также Майгдин Дорлайн, беженка без гроша, которую Фэйли взяла под свое крыло в качестве горничной. Он не мог бросить людей Фэйли. Фэйли ни Башир т'Айбара.

Унылый перечень возвращал его к ней, его жене, дыханию его жизни. Со стоном, он сжал шнурок настолько сильно, что узлы мучительно больно врезались в жесткой руку, ставшую такой от долгой работы молотом в кузнице. Свет! Двадцать два дня!